Гражданская

­19 остановок ежебуденно мои
Из постели теплой в люди словно холуи
Не нужда не чувство долга — просто ритуал
Станет белым и надолго пить беродуал

Подставляю, чередуя, —
Аж горит лицо.
Не сидеть же, в хрен не дуя,
Даже мертвецов

Безучастное лежанье
Дёргает и злит.
Да и доля тараканья
Двигаться велит.

Кто под вечер в телефоне,
Пройденным за день,
Вдруг останется доволен,
Веря в эту хрень, —

На того держать равненье
По всему, тогда
Все три корня уравненья —
Минус, плюс, нужда.

Что считал под вечер важным,
Утро отмело.
Долгих лет червям бумажным,
На душе светло.

На работу как на праздник,
Точно муравьи.
Эй, сидячий первоклассник,
Как дела твои?

Уступи бабуле место,
Что ли, или как?
С широтой, однако, жеста
Показал он фак.

И автобус разделился
Ровно пополам.
Я сошёл и растворился
По своим делам.

Синий Минск, двойной эспрессо, —
Будень распочат.
С заготовкой из-под пресса
Покидаю чат.

Шум велит вполне резонно.
Кто не знал — беруши.
Это просто сокращённо:
«Берегите уши».

Сложноподчинённые предложения
С придаточными изъяснительными -
Такими вышли мои впечатления,
Возясь с записками объяснительными.

Больше всех меня поразила только
Объяснительная с рисунками роботов:
«На работе отсутствовал, поскольку
Был похищен пришельцами для опытов».

Висит луна над крышей,
Вокруг неё гало,
Я покурить лишь вышел —
С чего раскрыл зевло?

Не видно звёзд на небе,
Лишь марево и дым.
Увы, но по потребе
Желаниям моим

Наверно, не воздастся,
Хоть до утра простой.
Как люди спать ложатся
При голове пустой?

Запрыгали овечки,
Сна ни в одном глазу.
Сижу вот на крылечке
И вслух херню несу.

Ложатся ровно строчки,
Красивы, но напрасны.
Все психи — одиночки,
По-своему несчастны.

Я помню запах той свободы,
Той, что здесь, в моём краю .
Я помню цвет того же неба,
Где ярче солнца не найти!
И вспомния я всё это ,
Я думал только лишь об этом .
Что лучше края не найти!

Будни вторников сплошных,
Так нужен праздник.
Лазарет душой больных,
Ждущих напрасно.
Я теперь один из них,
Я соучастник,
Я соучастник.

Шаг вперёд и два назад,
Всё как когда-то.
И искать, кто виноват,
Лучше не надо.
Будь готов, копаясь, брат,
Стать виноватым,
Стать виноватым.

Звёзды валятся в траву,
Тайны желаний.
Дарят суть, и я живу
Всех ожиданий.
Не во сне, а наяву,
Новый, не крайний,
Новый, не крайний.

Чтобы вторник стал средой,
Взявшись за руки,
Вместе мы пойдём с тобой
Под сердца стуки.
Эй, трубач, труби отбой,
К счастью от скуки,
К счастью от скуки.

Дверь приотворилась тихо.

На скалку в руках у жены,

Лишь глянув, залитый Миха

Спросил: «Тебе деньги нужны?»

Он не видел, как менялось

Хмурое лицо супруги,

И она, помешкав малость,

Тащит уж его под руки.

Раздевает, умывает,

Тихо задаёт вопрос,

Что покушать он желает.

От таких метаморфоз

Михаил воспрянул духом,

Сел, поел, клонило в сон.

Он подпёр подушку ухом

И к Морфею на поклон.

С перебором можно было

Написать про ночь любви

И что все грехи простила,

Да иначе-то в яви.

Утром было он собрался

На работу упархнуть,

Мимо спальни тихо крался,

Чтоб удачу не спугнуть.

«Миша, погоди минутку,

Что про деньги ты вчера...»

Миха, одевая куртку:

«Чёт не помню ни хера.»

Ты там спрашивал, нужны ли

Деньги мне на что-нибудь?

«Ну давай, на три-четыре

Напряги мозги чуть-чуть».

«А, кажись, такое было,

Но не всё изрёк, похоже...

Вискарём, поди, накрыло.

Я хотел сказать — мне тоже».

Кто жизнью побит, 
кто злобой до краёв наполнен
и в ком игла любви сидит, 
всех приглашаю на банкет! 

Мы с вами выпьем по бокалу, 
поговорим, о том, что стало
триггером для вас, 
что жить не хочется сейчас! 
Всё расскажите не тая,
у нас отверженных семья! 

Меня за всё в семье гнобили, 
я, думаю, что не любили, 
на сердце камень, 
жизнь не впрок
и я закрылся на замок! 

Я был толстым, добродушным, 
всем делился, всех любил, 
надо мною издевались, 
подставляли, насмехались, 
я закрылся на замок, 
с этих пор я одинок! 

А меня любовь достала, 
ей всего себя отдал, 
она мне изменяла, 
тряпкою меня считала, 
я закрылся на замок, 
любить сейчас боюсь, 
без любви я обхожусь! 

Как же мне замки открыть
и свободу подарить? 

Вина выпьем по бокалу, 
ведь у нас с вами банкет, 
но веселья правда нет! 

Наша жизнь хитра, умна, 
как корзиночка без дна, 
всё, что прожито уже, 
провалилось и ушло,
надо жить вам новым днём, 
замки старые сломать, 
жизнь по новому принять! 

Вина выпьем по бокалу, 
вроде, как то легче стало! 
Оживился наш банкет, 
их сердца готовы петь! 

Пару строчек о войне- не напишешь даже

Молнии чертят графики.
Люди от грома в афиге.
Скорее рано, чем поздно,
Ветер повалит берёзу.
Она рухнет у входа в подъезд,
И появится знак «объезд».
Это сильно упрочит мысли про переезд

В глухое, быть может, село,
Где время бы тихо шло,
Спокойно, без суеты,
Смотреть, как растут цветы,
Ходить босиком по траве
И, жизнь проживая как две,
Читать Достоевского «Бесов» в день по главе.

А ливень себя исчерпал,
И у молний пропал запал.
Голова, просветлев на раз,
В эсэмэс подтвердила заказ,
Чтоб доставщик привёз еды,
А желудок не знал нужды.
Я, сытый, вваливал молча себе звезды.

Если хочется перемен,
Будь готов на такой обмен,
Где ты многое потеряешь,
Но обратно не отмотаешь.
Зубоскалит пускай жлобьё,
Берегись упустить своё.
В заключительном акте молча висит ружьё.

Выживет не каждый офицер,

Вывезет не каждый предводитель

Не каждый встанет под прицел

И не каждый будет покоритель.

В этом мире много непрощённых,

Много злобных, яростных особ

И когда-то они местью поглощённых,

Убивали наших прадедов-отцов.

Не отправив близким письма домой

Наши сверстники дом отчий покидали.

Приписав года, стремились в бой

И на поле битвы за победу умирали.

Всех героев с орденами позабыли,

Ведь давно всё это было где-то там. 

Ту всю память те все подвиги зарыли,

Те сердца теперь разбиты в срам.

Наплели мерзавцы свою песню,

Окрестили вражеский народ.

Раскидали братьев дурной вестью,

Раздробили весь славянский род.

Для чего всем надо мненье света,

Отчего нельзя самим прожить?

Почему за всю то сотню века,

Хоть немножечко нельзя мозгов нажить?

Сильно обливалось кровью сердце,

За нашу Родину – страну.

Наши предки прогрызли сталь, протирали берцы,

А мы не помним ту войну.

Каждый в этом мире так живёт,

Каждый в этом мире умирает.

Кто-то радость и свободу принесёт,

Кто-то этот мир поступком оскверняет.

Есть ли смысл в этом мире жить,

Нету цели и на то причины.

Можно как паршивый червь в дыре прогнить,

Или выбраться, прогнув все вражьи спины.

Сидит на скамье у казармы,

Безмолвный и строгий солдат.

Но взгляд у него такой уж усталый, 

И лицо его мрачно, словно закат.

Что же случилось с тобою?

Безмолвный и строгий солдат,

Ведь взгляд твой окутан тьмою,

А лик твой мрачен, будто закат.

А небо темнеет, в казармах светлеет,

И ему одному не спится из всех, 

Товарищ спросил: «что на сердце чернеет?»

Ответил солдат: «я увидел св
ой грех».

На пламя свечи с вниманием смотрю, 
вспомнилось то, что забыть я хочу! 

Без любви и тепла в семье я росла, 
в доме родном прислугой была- 
поднести, убери перемой - 
я, убежала ранней весной! 

С воровскою связалась шпаной, 
нравилось мне свободно так жить, 
но то, что моё не хотела делить! 

Не раз меня били, 
на главаря обрушилась злоба моя! 

Дядька меня не раз прижимал
но, однажды, насильно сломал! 

Нож наточила, к нему подошла, 
как бы любя, его обняла, 
по рукоять нож всадила в живот, 
сказала, умри насильник и скот! 

В монастыре сейчас я живу, 
за грехи посильный труд в нём несу, 
стою на службах, от сердца молюсь, 
верю, что Бог, очистит мой Дух! 

Лето в нашей части света —

Ритуальная пора.

Ассоциативно это:

Солнце, женщины, жара.

И мороженое с квасом,

И беспечности заряд,

И холодный суп без мяса —

Всё его приметный ряд.