Мил

Вы не давали мне раскрыться,

Душили каждый новый шаг.

Шептали: «Тише, не стремиться,

Твоя дорога — лишь овраг».

В моих глазах гасили искры,

Смеялись над моей мечтой.

И в вашей критике так искренне,

Что я казалась вам пустой.

Вы отнимали моё право

На шум, на дерзость, на полёт.

Твердили: «Стой, не надо, право,

Тебя такой никто не ждёт».

И я сжималась, как от ветра,

Теряла голос и себя.

Но в тишине, назло запретам,

Я всё же верила, любя.

А я взяла — и развернулась,

Наперекор всем вашим «нет».

Дорога к цели потянулась,

И засиял мой белый свет.

Я взмыла выше ваших сплетен,

Заставив небо подождать.

И мир, что был так зло заметен,

Решил меня зарисовать.

Теперь вы смотрите иначе —

В моём сиянье столько сил.

И голос ваш звучит горяче:

«Какая ты… ты стала мил».

А я стою — и улыбаюсь,

Хотя внутри всё кипит.

Вы не спасли — я надорвалась,

Чтоб стать для вас такой же мил.

И пусть теперь вы рукоплещете,

Я помню холод ваших глаз.

Вы не давали мне расцвести,

Но я взошла в последний час.

Так что ж вы тянетесь с любовью

К той, кто когда-то была ничьей?

Я стала светом, стала кровью,

Но ваша милость — лишь ничей.

Теперь я — та, кем быть боялась,

Теперь я — та, кем стала быть.

И если раньше я терялась,

То нынче знаю, как любить.

Но не вас. Не для вашей лести.

Я расцвела не для похвал.

И ваш внезапный интерес —

Лишь запоздалый маскарад.

Я не нуждаюсь в одобренье,

Я не вернусь на старый круг.

Моё взросление — спасенье,

Мой взлёт — без ваших чутких рук.

И если я теперь вам мила —

Что ж, милость ваша ни к чему.

Я ту, кто душили, не простила,

Но всё простила своему.

Оставьте лесть и восхищенье —

Я не ваш трофейный свет.

Я стала светом без прощенья,

Которого в вас нет.

И в этом мире, полном фальши,

Я выбрала не вашу роль.

Вы не давали мне раскрыться —

Теперь я вам не боль, а соль.