Когда земля уходит из-под ног,

Когда в груди не ветер, а осколок,

Когда ни веры нет, ни силы, ни дорог,

И даже небо кажется жестоким.

Когда слова теряют свой вес,

И деньги — просто мокрые бумажки,

Когда никто не знает, кто он есть,

И даже дети носят взрослые рубашки.

Тогда приходит Смутное время,

Оно не стучится — оно врывается в двери.

Оно берёт за горло и говорит: «Ты — никто,

Ты — просто пыль, и не надейся, не верь».

И начинается танец теней,

Где каждый — и жертва, и палач,

Где даже свет — как тень от огней,

А правда — как ложь, и ложь — как плач.

В Смутное время меняются лица,

Друзья становятся чужими,

Враги — неизвестными лицами,

А время — резиновой длинной рекой.

Ты идёшь по ней — и тонешь,

Ты кричишь — и никто не слышит.

Ты ищешь свет — а он в ладони

Лежит, но ты его не видишь, не ищешь.

Потому что в Смутное время

Даже звёзды падают вниз,

Их никто не ловит, их никто не греет,

Их никто не просит: «Вернись».

А внизу — толпа, она воет,

Она просит царя, но царя нет.

Она пьёт вино, она строит,

Но каждый её шаг — как непрошеный свет.

И в этом хаосе, в этом бреде,

Где каждый сам за себя — как волк,

Я вижу, как рождаются люди,

Которым не нужен ни трон, ни шелк.

Они идут по Смутному времени,

Не оглядываясь, не боясь,

В их руках — не меч, а время,

В их глазах — не страх, а связь.

Связь с тем, что не умирает,

С тем, что не зависит от дат,

С тем, что даже в Смутное время

Остаётся — брат.

И я стою среди этого ада,

Где всё перепуталось, сгнило,

И знаю: Смутное время — не награда,

Оно — лишь переходное звено.

Оно пройдёт. Как вода, как ветер.

Оно оставит шрамы и пыль.

Но в каждом из нас, кто это встретил,

Останется — светлая быль.

Та быль, где нет ни царей, ни рабов,

Где есть только мы — и небо над нами.

И Смутное время — как тысяча слов,

Которые мы говорим сами.

Сами о том, что мы живы.

Сами о том, что мы есть.

Сами о том, что и в Смутное время

Есть место для чести.

И пока дышит земля под ногами,

Пока в груди бьётся кровь,

Смутное время не станет веками,

Оно — лишь проверка на любовь.

На любовь к себе, к другим, к свету,

Который не гаснет, даже когда

Всё вокруг — как старая монета,

Стёртая до дна.

И я иду. И ты идёшь. И мы вместе.

И Смутное время — не враг, не судья.

Оно — просто ветер, который честен,

Оно — просто я и ты, и земля.

Нить, что тянется в никуда,

Нить, что рвётся без следа.

Я держу её в руке,

Но она — как тень в песке.

Она ведёт меня вперёд,

Она назад не отдаёт.

Я иду — и верю в свет,

Хотя нити больше нет.

Стекло — это взгляд,

Который не видит себя.

Оно пропускает свет,

Но не пропускает тебя.

Стекло — это я,

Прозрачный, холодный, пустой.

Ты смотришь в меня — и не видишь,

А я — за тобой.

Закрой глаза, откинься в кресло,

Пусть мир летит куда-то вниз.

Никто не ждёт, никто не лезет,

Остановись. Дыши. Зависни.

Тихонько пьётся чай с мятой,

Уходит день в свою зарю.

И даже мысли — как вода,

Текут и тают — ничего не говорят.

Никуда не надо бежать,

Не надо звонить, отвечать.

Просто быть — как камень в реке,

Просто дышать — и всё в руке.

Тишина — не пустота,

В ней живут мои мосты.

Там, где кончается суета,

Начинаются мои черты.

Она дышит в такт с луной,

Она шепчет: «Не спеши».

В тишине — сам собой,

В тишине — нет ни лжи.

Мы ждём всегда друг друга,
Каждая из нас — лучшая подруга.
В душе много тепла и уюта —
Приходи ко мне домой.

Обязательно за встречу
Выпьем шампанское вино.
Открывай же поскорее —
Времени нам много не дано.

И, увидев друг друга,
Расцветаем, как розы,
И ещё у нас необычные,
Длинные волосы.

Летний вечер за окном —
Может, чем-нибудь займёмся?
Макияж, тату и ногти,
Платье, туфли и душевное тепло.

Ещё любимый летний дождь,
Любимая музыка, игрушки,
Готовка, котики и тишина —
Всё это подождёт нас до утра.

Я считала дни!
Я тебя ждала!
Мы всё-таки увиделись!?
Мы кричим: «Ура!»

Не пропаду я, уверяю!
Уйди! Уйди, я умоляю!
Это уже невыносимо!
Больно в душе моей так сильно!
Не можешь твёрдо ты решить,
Со мною — или с нею быть!
Этим меня ты унижаешь,
И слёз моих не замечаешь...
Иди! Я выстою! Я знаю!
Уже давно с тобой — одна я!
И плакать больше я не буду!
И вскоре уже позабуду
О том, что между нами было!
Себя заверю — что остыло!
Не буду ночи горевать
И в беспокойстве ожидать
Тебя! Пойми, уже устала!
Себя я этим истрепала!
Ждала тебя в любви, желала...
Твоих слов, ласк я ожидала!
Но ты был там — с другой — я знаю!
Теперь я всё сопоставляю...
Ты врал, что только я нужна,
Но знал, что у тебя жена...
Она там ждёт, переживает:
«Где ж её миленький блуждает?»
А ты и там и тут бывал!
Везде ты гадить успевал!
Не собираюсь я делить
С нею тебя! Нужно забыть,
И отпустить тебя на волю!
Видать такая моя доля...
Её я тоже понимаю.
Ну, а тебя — нет — не прощаю!
Уйди! И обо мне забудь!
Одна я справлюсь как-нибудь!
Спиркин И

-«Возьми мои крылья! Остаюсь! Обещаю!
Сожги их!!! Ведь с ними опять упорхаю
Туда, где не будет со мною тебя!
Туда, где душа не на месте моя!...
Но надо лететь… Ведь там дом мой… Друзья...»
-«Опять улетишь ты? А как же здесь я?
Как мне без тебя тут? Опять тосковать? 
Опять свою душу на клочья мне рвать
От боли на сердце, что в разлуке томится
От боли в душе!.. Дай хоть наговориться!
Твердишь — »возьми крылья" — а сам — убегаешь...
Ну что же — лети! Ты меня потеряешь...
Не стану держать, ожидать и тревожиться!
Смогу без тебя! Помаленьку жизнь сложится!
Ведь я не игрушка - пойми — я живая!
И тоже как все — я о счастье мечтаю!
Хочу и любить и любимою быть!
Наверно, тебе это не объяснить...
Закончим бессмысленный наш разговор!
Нето перейдёт он в ненужный нам спор...
Меня ты оставь! Я прошу — уходи!"
-«Зачем же ты так?...»
-«Я сказала — уйди!!!»
Спиркин И

Не любишь ты меня — я знаю!
Давно я это наблюдаю.
И чувствую, хочешь уйти...
Да, нам с тобой не по пути...
Что было — мы давай забудем
И больше вспоминать не будем!
И я не стану горевать
И у двери в слезах стоять!
Не стану я питать надежды
И в горести сей рвать одежды!
Раз уж дом наш стал чужим,
Ты уйди — уйди к другим,
Где тебя все ожидают
Любят где и восхваляют...
Ты и мне чужим уж стал.
И я от этого устала!
Пусть дымкою все враз растает
И пусть ни кто не вспоминает
Что между нами что-то было...
Клянусь тебе — теперь остыла!
И даже слов искать не буду
Чтоб попрощаться — все забуду!
Спиркин Иван

Оправдывался он — она кричала.
Чуть стихнув — у окна рыдала.
Он подошёл, чтобы обнять.
Хотел уже поцеловать.
Та, от себя его толкает.
Свой взгляд в него тут же вонзает:
-«Знаешь, иди-ка ты подальше 
С этою ложью с этой фальшью!
Уйди — всё — слышать не хочу!
Отстань, иначе закричу!»
СпиркинИ

Я плакала, но аклимаюсь!
Мне тяжело, но я стараюсь
За прошлое не вспоминать!
Хочу я мысли все прогнать
Прочь от себя! Заново жить!
Что было, то не ворошить!
Вопросов много задавала,
Сама на них же отвечала!
Чувства завяли как цветы
Которые дарил мне ты!
Забуду я души терзания!
Твои пустые обещания 
Больше не действенны! Всё отпускаю!
И семимильными шагаю
Шагами, но уже одна!
Как та луна, что холодна
В ночи нам небо освещает,
Сияньем звезды затмевает!
В мыслях шепчу тебе уйди,
И за собою не зови!
Была я там, куда ты звал.
Но ни чего ты мне не дал
Из обещаний тех красивых,
Что делают людей счастливыми!
Сердце не вздрогнет и при встрече,
Когда тебя где-то замечу!
Ведь время лечит — каждый знает,
И ожиданья убивает,
Когда напрасные они!
Ты душу мне не тереби!
Не нужно — это всё пустое!
Больше не буду я с тобою...
СпиркинИ

На земле лежит тело, мокрое и серое, Как прокисшее молоко с ржавчиной смешанное,

Кожа — пергаментный мешок, продранный и холодный,

Цвета не трупно-зелёного, а фиолетовые разводы.

Лицо оплыло, челюсть торчала под углом обнажая глотку кишащей мокрицами,

Глаз не было, только ямы, из которых сочилась янтарная жидкость смешанная с зелёной гнилью
Запах сладкий и приторный, с ноткой аммиака,

Прогорклый воздух смешанный с влажной прелью собачьей слюны.

Опарыши кишели, живые ковры в паху и подмышках, 

При каждом движении вываливались комки бело-жёлтых личинок, 

Скрипели, перетирая сухожилия, звук хруста мокрого печенья, 

Собаки влезли в грудную клетку, разломив рёбра, как сухие ветки.

Одна выдирала плечевую кость, с влажным чавканьем, 

Вторая пережевывала нечто серое и студенистое, 

Кости рук обглоданы до блеска, нити сухой кожи висели.

Из позвоночника торчал спинной мозг, серая масса, 

Как варёный язык, высасываемый с наслаждением, 

Животные дёргали тушу, биомасса начинала перетекать, 

Образуя липкую лужицу, в которой плавали волосы, выдранные вместе с кусками скальпа и запечённой кровью.

Гул мух стоял над всем, физический и плотный, 

Они садились на лицо, заползали в ноздри,

Кожа под ними проседала, как перезревший персик, 

Оставляя мокрые дырочки.

Давай не будем видеться лет десять? 
Нам будет время всё забыть... 
Но если будет по судьбе тебя мне встретить, 
Расскажешь то, как трудно было жить.. 

Быть может там, когда мы старше и мудрее, 
Мы сможем всё начать с нуля.
И всё плохое, что довелось нам ранее–
Заменим — новым
Новым — навсегда! 

Ковром ложится туман по склонам,
В лесу и в рощах стынет тишь,
И август красит краской жёлтой,
Деревьев, листьев и сосну
Уже не жарко, солнце в полдень,
Оно плывёт в полнебо не спеша,
Забытых кронах сто летнего леса,
Чуть-чуть заметно, теплится душа.
Рябины бусинами красные, чудесны
И пахнет свежей яркою травой,
Земля застыла в ожидании окрасок,
И как в начале, чистой синеве
Вода в реке чистое как небо,
И холод от неё, как ото льда зимой,
И тянет ветер, паутины, вечер
В последнее, забытое тепло!

Ещё не осень, но и не лето
Погода пасмурна с утра,
В полях машины,
Роса в листьях,
В листве оставив мокрый след.
А время тихо замедляет,
Короче день, красен закат,
А вечер тишью заполняет,
Прожитый год, прожитый час.
В саду деревья, астры, розы
Все то что раньше был не видим,
Закаты пахнут свежим мёдом,
И тени удлиняются к шести...