Мистика и эзотерика

Пустите меня в мир загадок чудесный,

Где нету в помине рутины людской.

Отправьте меня в лес иль в замок прелестный -

Не буду там я томиться с тоской.

Хочу я попасть в ту страну, про которую

Вещают нам в повестях, сказках волшебных,

В которой я встречу толпу гномов добрую,

Наслушаюсь вдоволь историй душевных.

В том мире всё просто — есть белое, чёрное,

А также добро всегда зло побеждает.

Там славятся сила и мужество твёрдое,

И верить в себя — это всех убеждает.

Здесь каждый, кто хочет героем стать, станет,

Тут всякий найдёт для себя прямой путь.

Для всех тут счастливое время настанет,

Ты только о честности, друг, не забудь.






Довольно глупенький стих, но последнее время очень погрузился в тему фэнтези :|

Люблю сомнений трепет,

Когда в раздумьях слышишь пустозвон.

Когда остриё страха терзает души лепет,

Что гонит слабость с тела вон.

Ломая суть себя, как непрошеного гостя,

Я подожду, пока взойдёт разумности луна.

Когда с молчаливым гневом и хрупкой тростью

Растерзанной души моей войдёт она.

Поливая сад, покрытый светом алым,

Сомкнёт все швы сгоревших, обугленных времен.

Что день и ночь, что каждый миг покоя не давали,

Где последний Я был погребён.

Смерть никого не пощадит,
Сегодня она отвела
У меня друга моего —
Хомяка, что в ладонях спал.
Он тихо ушёл, без слёз,
Лишь лапки свои прижал...
А я всё шептала: «Подожди!»,
Но время — жестокий страж.
И вот пустота в груди,
Как маленький серый прах.

«Жизнь — вечность, смерть — лишь миг»,
Так Лермонтов говорил.
Его жизнь унесла война страстей,
Поэта сгубил роковой дуэль.
Не вынесла душа поэта
Невзаимной любви и обид,
Восстал он против мнений света
Один, как прежде… и убит

Скоро буду и я, поверь,
Там, где нет ни тревог, ни дней.
Где мягкая тьма, как шерсть,
Укроет от всех скорбей.
Мы встретимся там опять —
Я, ты и пушистый друг.
Нам больше не нужно ждать,
Замкнув этот смертный круг..

Легче пены морской,

и не тронута тоской,

и мерещится твой стан,

по волнам...

До сих пор всё верю снам

и хожу по берегам,

ты покорила океан,

по волнам...

Ты сбежала на рассвет,

где искать мне твою тень?

Мне бы с головой туда,

но мне кажется сполна

отхвачу

и допоздна 

не найти мне и следа,

Всё там смоют берега!

По волнам...

Мир разбит на сотни льдин,

я осталась здесь одна,

рушатся дворцы, дома,

впереди лишь дым и тьма.

Вся земля идет на дно,

но мне, знаешь, все равно!

Небосвода новый срез,

этот мир почти исчез,

я шагну за край земли,

где пылают корабли.

Пусть пугает глубина,

пусть накроет и волна,

если рушится весь свет —

смысла оставаться нет.

Там, на гребнях синих гор,

мы подпишем договор:

будем жить,

мечту хранить,

над обломками веков

бегать легче облаков!

По волнам...

О! Бегущая по волнам... 

Тень подкралась, дыханье сбилось,

Сердце в клетке бьется в дрожь.

Смерть, что шепчет еле слышно,

В ней и ужас, в ней и ложь.

Бессилен разум, воля слаба,

Перед незримою рукой.

И жизнь стекает, словно капля,

В бездонный, вечный мрак немой.

Где вы были в пятницу к обеду?
Я и про вчера не помню-то...
Не ходили в гости ли к соседу?
Мы не говорим уже лет сто.

Ну тогда к жене его, быть может.
Можно бы, да только я ей кто?
Вообще, с чего вас так тревожит,
Где я был — случилось разве что?

Нет, нас просто так интересует.
Нету дел других, решили вот
Посмотреть, как кто-то в хрен не дует,
Несмотря на то, что зона ждёт.

Как это соседская машина
Оказалась в вашем гараже?
Тут я дал конкретнейшего клина
И сказал, что не гребу в душе.

Это раззадорило всю группу.
Деликатность сдуло ветерком.
Для смиренья выхватил по крупу
И прилёг в наручниках ничком.

В комнате работал телевизор,
Сводка происшествий за вчера.
И, как ошарашенный сюрпризом,
Мент один вдруг вскрикнул: «Нихера!

Эта тачка сбила человека!
Эта — в смысле та, что в гараже.
Не того мы обряжаем в зека,
Словно дело он раскрыл уже...

Если б он угнал и сбил кого-то,
То, поди, к себе бы уж не гнал?
А сосед во двор открыл ворота,
Про гараж открытый верно знал...»

Чё мне закрывать? Свою машину
Я продал на гайки, а в довес
И запчасти отдал, и резину.
Ну какой хранить их интерес?

Потихоньку раскрывалось дело.
Я курил и был от злости груб.
Вдруг по рации: «Алё, у нас тут тело!»
— Где? — Да здесь, в соседнем доме, труп.

Вот с неделю слушая Донцову,
И такая в голове фигня.
За один лишь сон мне снилось, к слову,
Что: то я убил, а то меня.

Над миром сгущались багровые тени,
Дрожали от страха края земли.
Из древних легенд, из забытых мгновений
На битву поднялись, чтоб свет сберегли.
Не каждый достоин надеть эти латы,
Не каждый пройдёт сквозь огонь и туман.
В сердцах — только честь,
В глазах — только правда,
А клятва их крепче любых океанов.

Орден Астарты — элита из лучших,
Хранители веры, щита и меча.
Их знамя — как вспышка средь чёрных туч,
Их шаг отдаётся грозой сгоряча.

На каждом нагруднике — знак серебристый:
Звезда, что пронзает ночную вуаль.
Им чуждо предательство, ложь и корысть,
Им ведома лишь благородная сталь.

Сквозь бури и чащи, сквозь шёпот проклятий,
Сквозь орды чудовищ и магию тьмы
Они шли вперёд, не теряя сознанья,
Средь пепла, руин и глухой тишины.

И если над миром нависла угроза,
И тьма накрывает леса и поля,
Ты слышишь тяжёлый, уверенный голос:
«Мы здесь. Мы не бросим. Мы держим края».

Так шепчут легенды, так пишут в сказаньях,
О рыцарях, что не склоняют главу.
Орден Астарты стоит между нами
И бездной, что жаждет пожрать наяву.

Но час наступал, когда рушились стены,
И тьма собирала свой жуткий парад.
Тогда из глубин, из священной вселенной,
Срывался в полёт боевой их отряд.

Не магией жили — а долгом и честью,
Не славой манили их пышные сны.
Они закрывали собой это место,
Средь молний, огня и глухой тишины.

Великий магистр, седой и суровый,
Кивал, принимая тяжёлый расчёт:
«Пусть мир позабудет про наши основы — 
Мы помним. И этого хватит на год».

А после сраженья, когда оседала
Кровавая пыль на остывший гранит,
Звезда на нагруднике тихо мерцала,
Как будто сама о героях твердит.

Шли годы, легенды теряли детали,
И многие верили: «Это — лишь миф».
Но в час, когда звёзды с небес пропадали,
Вставал на дозор молчаливый их риф.

Сквозь шёпот веков, сквозь забвенье и стужу,
Сквозь ветры, что рвут небеса пополам,
Орден Астарты, храня свою душу,
Остался щитом между злом и людьми.

И вот настаёт тот предельный момент,
Когда горизонт полыхает огнём.
Сквозь вихрь и бурю, сквозь стон и протест
Они встают твёрдым, нерушимым кольцом.

Не ради наград, не ради громких имён,
А чтобы спасти этот хрупкий рассвет.
Среди тысяч битв и бесчисленных снов
Их верность — как скалы, которых уж нет.

Астарты печать на их душах горит,
Сквозь раны и холод, сквозь боль и года.
Пусть мир их забудет, пусть имя молчит —
Их подвиг живёт, не сгорая, всегда.

И если когда-то погаснут все звёзды,
И тьма поглотит очертания гор,
Ты вспомни: средь мрака, сурового, грозного,
Есть те, кто не прячет в испуге свой взор.

Сквозь время и пепел, сквозь шёпот проклятий,
Сквозь вечность, что рушится где-то вдали,
Орден Астарты, без пафоса, без клятв лишних, просто стоит
Между светом и тьмой... 

Прошли века — и стёрлись грани эпох,
Забыты знамена, истлели щиты.
Лишь в старых сказаньях, средь пыльных строк,
Мелькают обрывки былой красоты.

«Орден Астарты…» — шепчет седой монах,
Листая пергамент дрожащей рукой.
«Они не искали ни славы, ни благ,
А просто стояли над чёрной чертой».

И если в тиши, когда гаснет закат,
Ты вдруг ощутишь, как сгущается мрак,
Прислушайся к ветру — сквозь шёпот ветров
Донесётся тяжёлый, спокойный шаг.

Не фантом, не призрак, не тень из мечты,
А верность, что крепче любых цепей.
Орден Астарты всё так же в пути —
Между светом и тьмой, средь миров и людей.

Пусть имя их скрыто в глубинах времён,
Но щит их не рухнул, не стёрся узор.
Пока в чьём‑то сердце живёт этот закон:
«Я встану на стражу. Я — твой заслон».

В полночной тишине, где тени спят, Где звёзды шёпотом с судьбою говорят,
Струится свет незримый и Покой, Манящий дух к разгадке неземной.

Там, за чертой, где тает явь и сон, Слышнее сердцу тайный перезвон,
И кажется, что истина близка,
Как взмах ресниц, как тень от мотылька.

Но лишь коснёшься — призрачная даль
Уводит вновь в туманную печаль,
И остаётся привкус на губах
Неведомое в сумеречных снах.

И веришь ты, что где-то, в глубине, Горит огонь в заветной тишине,
И этот свет, как путеводный знак, Ведёт сквозь Сон, рассеивая мрак...

В час, когда густеет тень

И луна встает над крышей,

Мистикой сменяет день —

Мир становится неслышней.

В старом зеркале вода

Отражает чьи-то лица.

Тени бродят сквозь года,

Им в реальности не спится.

Скрипнет древняя ступень,

Пламя дрогнет у лампады.

Здесь кончается наш день,

Начинаются аркады

Тайных знаков и примет,

Шепота из зазеркалья.

Слабый сумеречный свет

Прячет древние скрижали.

Кто-то ходит за спиной,

Дышит холодом по коже...

Этот мир всегда со мной,

На реальность непохожий.

Где туман сплетает сеть,

А судьба — лишь чья-то шутка,

Стоит только захотеть —

И продлится эта жутко-

Тихой сказкой до утра,

До последнего луча.

Мистика — ее игра,

Где нет клятвы от плеча.

Автор: Редькина Олеся 2026 г. 6 класс

Белеет солнечный шатёр,

Вокруг — леса, орава птиц,

Травы щекочущий ковёр

С узором сотен медуниц.

Чего желать ещё прикажешь,

Придя с побоища домой,

Где чуть не ранен был товарищ,

Где сам остался чуть живой? —

Желать увидеть у порога

Улыбку любящей жены,

Детишек с играми у дома

И стол заманчивой еды!

Жены любовь, что так ждала,

Спокойный сон своих детей —

Прикажешь ли ещё желать

Чего-то посреди огней?

Огней, летящих с того поля,

Откуда ноги привели,

Где год за годом после боя

Моря созвездников цвели!

Экспосиаанцы когда Вы умираете на Экспе,
То воплощаетесь вновь на Земле,
А когда умираете на Земле,
То воплощаетесь вновь на Экспе.

Экспосианцы Вы меня поймите!
Спасите Землю, Она второй Ваш дом,
Чтобы когда воплощались на Земле,
Вам непришлост на ней страдать.

Я это послание пишу Вам потому,
Потомучто сам экспосианец,
Воплотившийся на Земле
И на ней очень сильно пострадаю.

И чтобы Вам непришлось страдать на Земле,
Зделайте на Земле Рай.
Ваша же цивилизация очень развитая.
И Вы можете зделать развитую цивилизацию и на Земле!

Я проснулся от шёпота собственного имени,

Которое произносил не я.

Чья-то ладонь оставила след на стекле,

Но в комнате только моё дыхание.

Зеркало помнит больше, чем я позволяю себе помнить.

Сегодня оно показало мне не моё отражение,

А чей-то взгляд из детства,

Которого не было.

Часы на стене идут назад,

Но стрелки не дрожат.

Я слышу шаги за дверью,

Которая заперта изнутри.

Кто-то стоит за шторой,

Но шторы не шевелятся.

Это не страх.

Это — тишина,

Которая умеет говорить на языке мёртвых.

Я закрываю глаза — и вижу себя,

Смотрящего на меня.

Мы улыбаемся друг другу.

Один из нас лжёт.

Всё закончится банально: не громом, не пулей, не криком,

А просто тем, что сердце забудет, как биться в такт.

Один сбой. Один лишний удар — и мир станет безликим,

И никто не успеет сказать: «Постой. Это не так».

Вы допьёте кофе, проверите почту, решите дела,

Будете строить планы, смеяться, кого-то винить.

А я уже вычеркнут. Списан. Сгорел дотла.

И эту новость не вставить в ленту. Её не пости́ть.

Простите, что оставляю вас разгребать этот быт,

Эти долги, эти письма, что я не успел дописать.

Пусть жизнь идёт. Пусть она будет громче, чем этот мой стыд

1
Если тебе сейчас некак невезёт
Знай всё проходит и это пройдёт тоже
Не печалься, печаль твоя пройдёт,
В этой жизни всё, всё, всё проходит.
ПРИПЕВ
Всё проходит, 
И это пройдёт тоже.
2
А когда печаль твоя пройдёт,
Ты станеш радостней и веселей
И везезенье в твою жизнь придёт,
И тогда наслаждайся жизнью своей.
ПРИПЕВ

Эмбрионы роз на стенах в гостиной,

В коридоре – вечные тяжёлые шаги.

Виноватый взгляд на листок невинный,

На котором начеркали идеальные круги.

Тушь по полу растеклась, создавая космос,

Капли – звёзды, клякса – черная дыра.

Сколько не кричи, тише станет голос,

Ты не заметил, что был громче ещё вчера?

Можешь бить по стенам, разбивая розы,

Можешь глотку разорвать, покричать ещё –

Мне не внушают страха твои глупые угрозы,

Тебе спокойствие не обеспечит больше ничего.

Ты просишь обернуться, просишь мою руку?

Я обернусь, но на тебя смотреть не буду никогда.

Эмбрионы разобьются с тихим жалким стуком,

Их кровь коснется чистого, невинного листка.