Иронические стихи

За бессонные ночи спасибо.
И за секс, и за плач, и за храп.
Осуждал ли себя я за выбор,
Ведь хватало вокруг прочих баб.
Нет, ну, были сомненья, конечно.
Пресловутое даже too much.
Но признаюсь — любил, делом грешным,
Секс с тобой и от радости плач.

То ли гаркнула ворона,
То ли свистнул рак.
Мирой брызнула икона
На толпу зевак.

Крест на пузе, чёрт свидетель
Этим чудесам.
Старцы, бабы, с ними дети.
Был в толпе я сам.

То ли грязь нашла свинота,
То ли снёс петух
Два яйца. В них позолота 
И не добрый дух.

Солнце слилось с куполами.
Явно божий знак.
За греховными делами
Рос вокруг бардак.

То ли пасть порвала волчья 
Заячью губу.
От меня остались клочья
В цинковом гробу.

Все планеты в ряд сложились —
Видно в телескоп.
До чего же мы дожи́лись —
Выл в испуге поп.

То ли бил козёл надои,
То ли то баран.
Вечной жизни удостоен 
Редкий из мирян.

Может, мир ведом Иисусом,
Может, Сатаной.
Только названный ресурсом
Счастлив жить войной.

в лицо твоё, я тычел желтым пальцем

я говорим — «виновна», и нам пора расстаться

Говорил то плохо и зачем тебе

Такой ужасной быть

Ещё неделю до момента, я шатался по улицам

и даже не думал что сегодня с тобою не сбудется

Я думал о смерти, о том что я скоро умру

Но теперь плохая ты. 

Ты сваргань мне на орга́не
Заводной альтернативы.
Чтоб тональность в лучшей гамме
Пыл мой вспенила ретивый.

Чтобы рифы девяностых
Оглушили своды храма.
Для тебя так это просто.
Для меня надрыв и драма.

Чтобы ангелы запели
И теряли в танце перья.
Труб органных злые трели
Отпугнули чтоб неверье.

Чтобы гнулись под ногами
Лестниц ветхие настилы…
Ты сваргань мне на орга́не 
Заводной альтернативы.

Прослыв везде босым поэтом
и пятки всем вам показав, продолжил жить в обличьи этом, себя ничуть не поругав.

Быть может, это необычно —
себя таким путём являться.
Но для меня это привычка —
с размахом ступни показать.

Такой уж вот мой образ. Не судите меня Вы строго: смысла в этом нет. Они чисты, ведь я недавно вытер
их об ковёр. Там есть теперь мой след.

Сверкнув босыми пятками сполна, сияньем Солнца Вас обдав,
Я показал свой добрый нрав.
Что я такой — то не моя вина.

Отец ушел из дома молчя
Лиш звон посуды помню я 
И рыданий полная гора 
Один сижу я в мире вечном мечтая умереть 
Но жизнь идёт, а я все ещё здесь сижу
И каждый день слугу крик о моей вине 

Ты травила меня и тем мучила.
Яды сыпала в мерзкое хрючево.
Всё кормила дешёвыми сдобами.
Оказались условно съедобными.

Отпираться теперь-то уж нечего.
Ничего нет в тебе человечьего.
Не людское дало харчевание
Телесам моим лишь изнывание.

Из репейника будто колючего 
Приготовлено адское хрючево.
Лебеда да полынь пограничные.
Сводишь, видимо, ты счёты личные.

Оставаться в живых нет возможности.
Довела ты меня до готовности.
Нет спасенья от норова сучьего.
Поглотило мой труп твоё хрючево.

Выпит без остатка
Юности бочонок. 
Балтика 9-ка
Для простых девчонок.
Для простых мальчишек
Что-нибудь покрепче.
Запрещённость шишек
И уездный рэпчик.

Вежливо просили, 
Люди покупали
Винстон самый синий.
Угощайся, парень.
Для девчонки вермут.
До краёв стаканчик.
На концовку сперму
Заготовил мальчик.

В доступе рогатки
Для шальных ночёвок.
Балтики 9-ки
Хватит для девчонок.
В банке пол-литровой
Юности остатки.
Со шпаны дворовой
Так-то взятки гладки.

смотреть и ничего не делать
быть погружённым лиш в себя
Ты страдаеш, я это вижу
но что могу сделать для Тебя?
промолчу, пройду мимо,
само как нибудь пройдёт

Ты страдаеш, я эта знаю
но не буду говорить
что всё будет харашо
ведь не будет, Ты заплачеш
мне ведь тоже нелегко

смотреть и ничего не делать
быть рядом с мёртвым Телом,
слишком поздно, долго Ты молчал
комок земли, и
холодным камнем увенчал.

3123426263236442YR

Мамочка, прости меня,

Но больше не люблю тебя.

Ну что ж ты бьёшь всё по больному,

Убиваешь с каждым днём?

​Зачем ты дышишь? Зачем живёшь

И мне покоя не даёшь?

Застынет на щеке слеза,

Когда опущены глаза.

​Сквозь боль, что связана с тобой,

И сигаретки пламенные,

Что помогали раненным,

А сердце всё болит от зла,

Что ты мне ты мне, сука нанесла.

​Я слышала много дерьма,

Но это было неспроста.

Ох, я же забыла — я же плоха...

​Но не забуду никогда

В ту ночь мне сказаны слова,

Что вбились в сердце, как игла.

​Порезы на руках прошлись,

И сердце бьётся вновь и вновь.

Ну что же это за игра,

Что с каждым уровнем сложна?

​«Жить обязана, дитя!» —

Твердишь мне как всегда.

Ну что ж, мамуль, слушай сюда:

Не ты ли детство отняла?

​Ты мне мамой не была,

И ненавижу я тебя.

Спасибо, что так ты заебла.

Перевёрнутые даты
Под сентябрьским дождём.
Мы с тобой не виноваты 
В том, что стал чужим наш дом.

Почему дух расставаний
Поселился в нас всерьёз.
Жизнь с любовью рифмовали,
Но растаял морок грёз.

Календарные отметки
Смёл осенний марафон.
Шансонье посылом метким 
Шлягер выдал в микрофон.

Ты на Брайтоне, я в Гродно.
Снова третье сентября.
Друг без друга нам свободно.
Одиноко только, бля.

Утро жизнь прекрасна
но без кофе так ужасно
без любимого под боком
без будильника и рева

Но не с жизнью у забора нужно в школу собираться там и джут одноклассников толпа что осудят за всегда 

Шут спросил луну однажды:
«а что будет если дважды 
короля не рассмешить»

Та ответила ему: «ну тогда
тут не к чему голова твоя и ноги
да кознят тебя и все тут»

Шут задумался чутка и
сказал ей не спеша: «я вот раб
смех подаю а вот ты кто тогда»

И задумалась луна, пригорюнилась слегка, начала она тут думать кто ж сна, думала день, два 

Сказала тут она шуту такне спеша: «тогда вы мы робы природы и комуто
служим вроде»

Ещё много стихов не написано.
Ещё уйма волнующих тем.
Я могу оказаться — пусть мысленно —
За пределами звёздных систем.

О земном было спето достаточно.
Слышу шёпот космических тел.
Шлю ответный сигнал лихорадочно
Тем, кто заперт в иной звездоте.

Неминуемо наше сближение
Через час, через год, через век.
Светоч высшего стихосложения
Неспроста до сих пор не померк.

Рифмы множатся в поисках истины.
Верить хочется, встреча близка.
Вирши лучшие мной не написаны.
Наполняется смыслом строка.