Пепел и звёзды

Ты распахнул мне двери в мир иной
Сказал: «Я занят, но в плену без страсти,
Союз не на любви». Я стала той,
Кто слепо верил — утонула в счастье.

Ты выбрал долг, я выбрала уйти
И рваные края
Души лизать — всё ныло и кипело
Ты стал золой, я пепел разметала,
И закопала то, что так болело.

Идея мне твоя близка как воздух
Я разделяла замысел и цель,
Но исполнение так кривило, гасли звёзды
Что пепел падал в колыбель.

Нюансы горького вранья
Слоями ржавчины легли на веки
Мне душу вскрыло, как ножом коньяк,
Оставив каменные реки.

Тебя хранила неким смыслом, призрачным, родным,
Но свет лишь отблеск пламени на шее,
Где бритва режет то, что стало чуждым,
Где места нет ни мне, ни даже тени.

Но ты ворвался с вестью о разрыве, 
Ещё живя под той же крышей, но 
«Меж нами пусто, мы не в силе, 
Вернуть любовь»», — а я глотала всё. 
И плавилась, как воск, от этих слов, 
Пока ты грел я обжигалась вновь.

Неделя — миг, как выдох на ветру,
И я ушла, поняв, что сердце занято.
Сказала правду, не играя роль я не свою:
«Мне жаль, но здесь уже другое пламя».
Сказала прямо: «Шансов больше нет».
Ты не был первым, хоть был и родным,
Я выбрала и не жалею, нет.
Я чувствовала — путь будет иным

Потом петля. Разрыв. Я на краю,
И я рассталась с тем, кого люблю.

Ты приходил, когда уже вернулся 
В свой быт, в свой дом, в проторенную колею,
С вопросом: «Мы могли бы?» — но проснулся
Уже для той, с кем делишь жизнь свою.

А тишина хранит свои секреты,
И я узнала то, что не хотела:
Ты был уже в другом конце сюжета,
Пока мне обещал иное дело.

Ты лгал в лицо, пока она рядом спала,
Зачем искал, когда кольцо надел?
Ты видел свет во мне, но поле выжжено дотла,
Зачем искать, когда уж выбрал свой удел?

Я предлагала дружбу, быть родным,
Быть братом мне и близким, верным другом. 
Но ты бросал: «Быть может, шанс найдём?», 
Пока с женой, в тепле семейных буден, 
Ты обсуждал, каким ваш будущий ребёнок будет. 

Ты шёл туда, где, по твоим словам, 
Нет нежности, нет страсти, нет огня. 
И понимания глубины твоих душевных струн
Где ты держался лишь спасеньем её, 
И, мня себя героем, укрывал 
Крылом в ненастье, играя эту роль.
Хотя ты позже клялся силой древних рун.

И знаешь, что всего больнее жжёт?
Ты ей «всё рассказал» и сделал сказку,
Где я, наверное, безумна, лезу в быт,
Где ты — спаситель, а я просто маска.

А мне какую роль отвёл ты в тех рассказах?
Я жертва, соблазнительница, твоя дурь?
Ей показав, что я всего лишь буря или же проказа?
Ты сам теперь хороший муж, герой, Амур.

А говорил, что мы близки, мы суть,
Что я твой свет, что ты не знал страстей.
Но за спиной уже иной маршрут,
Где я причина всех твоих теней.

Я для тебя не запасной аэродром,
Когда в семье не клеится и скучно.
Ты возвращался, делая реванш,
Я штормом и стихией лишь была
Музой для проб пера и лучшим.

Я не твой призрак, не второй этаж,
Не тихий зал для тайных разговоров
Ты сам себе придумал свой мираж,
А я — лишь отражение узоров.

Была бы рада, если бы ты рассказал и жил,
Но ты пришёл с вопросом, ранит что больнее,
Зачем будить, что я похоронила,
Зачем искать надежду, где нет этажа и двери?

Не верю. Не хочу. И не прощу.
Ты не герой, ты лишь под маской света
Я больше не ищу в тебе черту,
Где прячется хоть капля тёплого ответа.

Мне жаль. В своей последней точке,
Где наш маршрут сошёл на «нет» 
Ты для меня обидчиком остался веры,
Что я носила, словно хрупкий свет.

Поверить? Сложно, я пыталась — зря
По швам, по трещинам, по стыкам,
Погрешностей вскрывая кучку диких,
И вместо правды словно облака.

А остриё обмана режет горло бритвой,
Я не могу сказать привычное «привет»,
Ком из пепла и обиды вместо рифмы,
Хотя молчанье тоже ведь ответ.

Ты выбрал дом – я не второй,
Не пристань в час, когда штормит.
С родными так не поступают, нет
Я не игрушка, чтоб играть с огнём.

Я выбрала себя и тишину,
Где больше нет ни боли, ни обмана.
Оставь мне эту звёздную страну,
Где нет тебя, быть может жаль, 
Но больше нет тумана.