Ты снова стал курить...

Ты снова стал курить....

Зачем же?

Ведь ты всегда хотел быть честен

С собой, с другими и с душой

Зачем же гасишь вновь ты боль?

Ты знал, что боль она жива.

Она строптива и хитра.

Она жестока и упряма.

Она, как лава в чашке льда.

Ты говоришь мне о любви, 

О страсти, горе и печали.

Ты знал, что снова стал другим.

Нет той искры, как в день прекрасный.

Твои глаза всегда кричали,

Всегда манили и звучали.

Я верил им, как сам себе,

Сейчас увы такого нет.

Тебе все часто говорили:

«Искришься, радуешься, красишь».

Но ведь порой бывает так,

Что после трудового дня

По возвращении домой

Снимал ты маску 

Сам не свой.

Зачем же ты нам не сказал, 

Что плохо, больно, тяжело?

Зачем в себе держал ту боль,

Которая жила в тебе годами?

Зачем скрывал за маской зной?

Я все хотел тебя понять...

К чему?

Зачем все это было?

Зачем ты бросил ту,

Которую любил.

Она была твоей опорой,

Твоей порой, твоей горой.

Ты был с ней ласков, 

Мил и слаб.

Зачем тогда расставил ты границы?

Она ведь так тебя любила...

Она ждала тебя всегда...

Она хотела жить счастли́во!

Хотела мира и добра...

Она была красива, страстна,

Умна, мила и хохотлива.

К чему тогда все это было?

Я понял лишь спустя года,

Что ты желал ей только счастья.

Но кто ж так делает, чудак?

Кто так бросает торопливо?

Так непонятно, некрасиво...

Ты ничего не пояснил,

Уехал просто,

Стал другим.

А мог быть честен и счастли́в.

Твоя болезнь усугубила

Твои поступки и мечты. 

Твоя депрессия убила

Все то, что было в тебе живо...

Она тебя бы приняла... 

Она тебя бы полюбила...

Она всегда тебя любила!

Как мог так поступить с ней ты?

Не смею вас я осуждать.

Тех, кто покинул дом мечты.

Уехал, отвернулся

От мира, от друзей, от счастья.

Ты всегда думал о других,

Всегда спасал и помогал.

Прости нас друг, что неуберегли 

Тебя от горя и несчастья.2