Встреча ради разлуки? А что о ней нужно знать?

Они попрощались, обменявшись лишь парой незначительных фраз, будто это был обычный день. Она развернулась с лёгкой, почти привычной улыбкой и зашагала вдоль тротуара, растворяясь в шуме улицы и стуке собственных каблуков. Но что-то заставило её обернуться.

Он стоял неподвижно. Провожал её взглядом.

Улыбка медленно сползла с её лица. Рука взметнулась в прощальном жесте – и его машинально ответила ей. В воздух был спущен нервный смешок – с её ли, с его ли стороны, было уже не разобрать.

И она сорвалась.

Подбежала к нему, грубо вцепилась в темный свитер, крепко-крепко обняла, прижавшись к стойкой груди так сильно, что по щеке скатилась слеза. Но его руки так же безмолвно висели по бокам, не стремясь потянуться в ответ. Он словно прирос к земле, его взгляд был опущен вниз, на её темную макушку, на хрупкие плечи, которые тряслись от сдерживаемых эмоций. Он лишь чувствовал, с какой отчаянной силой она держится за него.

Он молчал. Так долго, что её стойкость сломалась, и всё тело затряслось от подавленных рыданий. Тогда его рука легла ей на плечо и болезненно сжалась, призывая оставить эту грусть.

Она вздохнула, подняла взгляд и снова мило улыбнулась, пытаясь все списать на обман. Ночь была темна, но никакой мрак не мог скрыть блеска её глаз, полных слез. Его карие глаза оставались почти равнодушными, губы не дрогнули. В них не было ни притворства, ни лжи – лишь пустота.

Вдруг он упал.

Не в переносном смысле. Он упал прямо в лужу, на колени перед ней. Теперь она смотрела на него сверху вниз, застыв в ошеломлении. Он поднял голову, поймав её растерянный взгляд.

И в этот миг она увидела всё. Маска равнодушия рухнула, и его глаза предстали полными неизбывной боли, усталости и такой нежности, что у неё перехватило дыхание. Он ждал, что скажет она, затаив надежду. Но его поджатые губы говорили громче слов. 

Она не смела раскрыть своих губ, боясь спугнуть эту хрупкую, обнажëнную истину. Он не врал. Она видит всего его.

Снова моросит дождь.