Улыбка из трещины

В мире, где всё — лишь эхо вчерашнего дня,

Я теряю себя, растворяясь в потоке.

Рядом с куклой, пустой, чей застыл навсегда

Взгляд, я чувствую призрак на дальнем пороге.

Он стоит, наблюдая за мной в тишине,

Когда надо улыбку на маску надеть.

Я иду по привычке, на мёртвой волне,

На автопилоте, чтоб только успеть.

Я не помню, как чувствовать, мир стал немым,

Словно клетка вокруг, и потерян мой дом.

Я хочу перемен, но всё тот же режим:

Колледж, уроки — и снова идём по кольцу за окном.

Автобус. Знакомые лица мелькают в окне.

Боже, я помню её… Но она не такая.

Лишь другой макияж на бездушной стене,

И реальность пустая, опять убегая.

Я теряюсь в толпе, растворяюсь в делах,

Возвращаюсь домой, чтоб упасть без сознанья.

Приготовлю свой чай на уставших ногах,

Отдохну. И опять погружусь в наказанье.

Выполню то, что задано было вчера,

И работа врывается в мой серый вечер.

Снова люди и шум, и улыбка с утра,

Снова надо готовить, и ставить, и встречать их.

Говорить. Собирать. Улыбаться. Гореть.

Ни в коем случае в этой игре не ошибиться.

Ошибиться — провал. Это значит — терпеть.

Это КВН без гроша, где нельзя заблудиться.

Это клетка. И нет ни свободы, ни денег.

Это клетка — мой дом, моя вечная боль.

Потеря себя — это главный мой пленник,

И весь мир вокруг стал безжизненной ролью.

Снова я на автопилоте бреду,

В этой странной, потусторонней жизни.

Я себя не найду, я себя не найду,

В этой клетке, где всё так банально и слизко.

Рядом кукла. Сломалась. Не чувствует боль.

Ей уже всё равно на потуги и страсти.

Лишь улыбка застыла. Но в ней — не любовь,

А оскал пустоты и безмерное счастье.

В ней есть трещина сзади, и это мой знак,

Из неё я смотрю на себя со стороны.

Я сломалась давно. Это явный пустяк.

Я — лишь кукла с лицом для чужой стороны.

Я себя потеряла в потоке рутин,

Обернулась назад — а там трещина в теле.

И осталась лишь кукла средь этих картин,

Улыбаясь бездумно на мёртвой постели.