Откуда у ребёнка шрамы?

мне говорят это слабость и мерзость, 

обещай, не рассказывать маме,

мои шрамы всего лишь поверхность, отвратительной серой ямы.

я боюсь говорить,

но послушай, 

это все не от детской печали,

мои шрамы не боль и не мерзость,

это крик в полумрачной спальни.

мне гворят...

да все, 

хватит, отстаньте,

завалите свое ебало,

я с двенадцати лет резалась,

забывая свои обещания. 

мне на солнце,

на каменном пляже,

рисовали рисунки на ляжках,

и скажи,

почему же молчали,

видя столько узоров ужасных?

научитесь молчать, умоляю,

вы не знаете как это больно. 

не порезы,

а то что храниться,

в одиноком сердце ребёнка.

я боюсь говорить о печали,

я боюсь показаться слабой,

вы говорите что это мерзость,

нихуя обо мне не зная. 

я не плачу и мне тоже больно,

крик и визги в моей голове,

разлетаются в дикой печали

и пронзающем плоть острие.

никому нету дела и ладно,

нет нужды мне слушать тебя,

ты не знешь откуда шрамы,

но винишь в этом только меня.

я могу рассказать все с начала, 

начинать раскрываться. 

зачем?

я однажды порежу снова, 

потому что не плачу совсем.