Месть

В каждом действии, думая, делаем выбор,

И сегодня она выбрала зло...

Догорают безмолвно страницы,

Не останется из улик ничего...

Терпением было бы можно гордиться,

Но увечен и ей свой предел,

Глухо щелкнула в пальцах спичка,

Огонь станет ей покровителем дел.

Без слов и сметений, без шанса спасенья,

Запах серный из комнат полил.

Как жаль, что все второстепенные звенья,

Не увидят сей праздничный пир.

Вечер тихий и мирный. Сидел одиноко,

И пером выводились слова,

Это письмо? Верно адрес знакомый...

Но законченно было едва.

Грохот в парадной — и за сердце хват!

В спешке пытался тушить полотном,

Но все тщетно: лишь больше съедает огонь,

Воздух поглощается черной пеленой.

В кабинет обернулся, обжогся сперва.

Письмо, три бумаги и старый журнал —

Схватить и бежать без оглядки? 

Нет, это слишком до боли банально.

Никого не замечая, рассеянно бежал,

В быстрых мыслях его хлынул сущий ураган.

Не заметил, как холодная крепкая рука — 

Когда-то чуткая и нежная, схватила ткани край.

В черном дыме нашла воротник,

И едва взглядом встретив укорно,

С силой стряхнула и кинула вниз —

Со ступеней покатилось тело покорно.

Внизу встретил пламени грозный язык,

И вокруг был объят жадным треском.

Лишь горда наверху, на ступени стоит,

В темных глазах искра плещет блеском.

Когда крик безоружный у подножья утих,

Покинула быстро свое представленье.

Тихо, без лишних сердечных утех —

Не было в мести того упоенья.

И вернется опять в ту разбитую жизнь,

Что лишилась одной из ведущих ролей.

Месяц на слухи можно оставить,

А потом все забудут о случайной утрате.

И письмо не дойдет со словами признанья,

И журналы никто не прочтет,

Лет через десять в аду те предстанут —

Две души, что разбили друг друга когда-то,

Но уже не простят никого...