Прости их

Она стояла у окна,

а может, у иконы —

не помню точно, где была,

но помню: были стены,

и был ей голос дан.

Она молилась не стихом,

не по молитвослову,

а так, как дышат перед сном —

шёпотом, снова и снова,

и ночь была ей дом.

Господи, — тихо, — прости их.

Всех, кто ударил.

Кто камнем, кто словом,

кто долгим молчанием.

Я не судья. Я никто.

Но Ты — видишь.

Прости их, потому что

они не знали.

А если знали —

прости их дважды.

И меня прости,

если не хватит силы

простить самой.

Я не прошу мести.

Мне бы утром встать

без тяжести в сердце.

Я не прошу награды.

Мне бы научиться

не сжимать кулаки,

когда вспоминаю.

Ты сказал —

любовь сильнее.

Не зло победит зло,

а только любовь.

Только дай мне эту любовь,

Господи. У меня своей

не хватает».

И в комнате стало светлей

не от лампады,

а от того, что кто-то

рядом.

Она не знала — кто.

Но дышать стало легче.

И ночь была ей дом.

И было ей прощено.