10 дней дневника
ДариКрыжовник
I
Ты не помнишь, когда перестала себе нравиться.
Ты не помнишь, когда начала себе врать,
Что всё в порядке, что можно не плакать, не маяться,
Что достаточно просто вставать и ложиться, и ждать.
Ждать чего-то. Кого-то. Себя настоящую,
Ту, которую спрятала глубоко под замок.
А снаружи осталась другая, болящая,
Что умеет лишь делать вид, что все ок.
II
Были те, кто мог бы остаться. Но ты не смогла
Удержать никого. Ни себя. Ничего.
Ты себя изнутри до сих пор не сожгла,
Только ждешь, когда кто-то ударит в него,
В это сердце, которого нет. Только стук,
Только страх, только слово «вернись» на губах.
Ты никто. Ты пустой, неживой, жалкий звук.
Что разбила тишину, но не в силах
Коснуться своих же рук.
III
Ты просто дура, идиотка, что хочет внимания.
Что готова за взгляд продать всё, что осталось от гордости.
Я тебя презираю. На столько, чтоб вонзить
Осколки в твои вечно закрытые пальцы.
Ты же хочешь перестать, наконец, этот внутренний холод
Принимать за единственный, последний, спасательный круг.
Эта боль, эта вечная нехватка, этот голод,
Эта жадность до ласки, до слова «родная», «до рук»....
Ты выросла, а внутри всё та же девчонка,
Которая боится, что её не заметят.
Ты готова быть для кого угодно ребёнком,
Лишь бы кто-то сказал: «Ты есть. Ты на свете».
Ты не знаешь, как выйти из этого круга.
Ты не знаешь, как быть одной и не сойти с умаот тишины.
Ты ищешь… в чужих глазах себя, а я ищу в них друга,
А нахожу только отражение своей же вины.....
IV
Я ношу под рёбрами дворнягу,
Что бросается на всех, кто позовёт.
А в груди, где ложь застрявшая на краю,
Человек, к несчастью, редко заживёт.
Я не знаю, как с собой иначе.
Я устала от себя же самой.
Каждый день начинаю иначе,
Ведь опять закончу не живой..
Если кто-то уходит я вою,
Если кто-то приходит я лгу.
Я боюсь оставаться с собою,
Потому что простить не могу.
V
Мне кажется, я вся из вины.
Из того, что не сделала, не додала, не смогла.
Я как будто должна быть должна
Каждым вздохом своим. И полны
Мои руки чужими долгами. Я всем
Объясняю, какая я есть. Но за дверью
Остаюсь только я. И никто не проверит,
Живу я или уже нет. Я совсем
Не умею без них. Без чужих голосов,
Без чужих «как дела», без контроля, без взглядов.
Я готова на всё, чтоб хоть кто-то был рядом.
Я готова на всё. Это главный мой грех.
Это главный мой страх. Это главная боль.
Я себя разменяла на мелкие просьбы,
На улыбки, на «да», на попытки не встретит снова
Эту пустую, никчемную роль.
VI
Подходила хоть раз, хоть кому? .
Ты одна. И в квартире темно.
Ты навстречу идешь своему
Двойнику, что глядит всё равно
Из зеркал, из стекла, из бокала,
Из воды, из случайных зрачков.
Твоё имя во мне проступало
Я шептала его вместо стихов
VII
Ты думаешь, я не знаю?
Ты думаешь, я не вижу,
Как сама себя убиваю,
Как сама себя ненавижу?
Ты думаешь, легче, если
Кричать это всё снаружи?
Я ношу это в теле, в весе,
В бессоннице, в этой стуже.
Я знаю про каждую «шавку».
Я знаю про каждый «диагноз».
Я просто устала плавить
Себя за чужую жалость.
Я просто устала верить,
Что если всё исправлю,
То кто-то откроет двери
И скажет: «Ну всё, я с вами.
Я с тобой, с такой, с разной,
С уродливой, с тёплой, с гнилой.
Я с тобой. И это не в праздник.
Я с вами. Вы просто мой.
Вы просто мой человек.
Вы просто моя. Вы есть».
И если я кого и люблю
То только тех, кто со мной.
Но это не любовь.
Это страх. Это дрожь. Это голод.
Я не знаю, как выйти в ноль.
Я не знаю, как выйти на холод
И не мёрзнуть. Я не знаю, как
Быть собой, если я это всё,
Что я в себе так и не приняла,
Не простила, не уберегла,
Не смогла.
VIII
Мне кажется, я состою из долгов.
Перед всеми. Перед собой. Перед светом.
Я так долго играла, что нет уже слов,
Которыми можно сказать мне об этом.
Не была никогда. И собой не была.
Только тем, кого ждут. Только тем, кто уйдёт.
Я из лжи и из страха себя собрала.
И теперь этот страх меня не отпускает. И вот
Я пишу эти строки, а надо бы спать.
Надо просто забыть. Перестать. Успокоиться.
Но я буду опять до утра повторять,
Что никто никогда за меня не заступится.
Хоть кусочек тепла. Хоть намёк на любовь.
Я согласна на боль. Я согласна на ложь.
Я давно уже вся из чужих голосов,
Из чужих обещаний. Ты это поймёшь,
Если вскроешь меня. Там пустота и слепая верность,
Там собачья тоска по хозяину. Там
Только я. И моя же сухая рука,
Что готова вцепиться в любого, кто даст
Хоть немного себя. Я не верю в себя.
Я не верю, что можно без них. Что можно
Просто так. Просто жить. Никого не любя,
Никого не держа. Это слишком сложно.
IX
Я опять не усну. Я опять буду ждать,
Что случится хоть что-то. Хоть кто-то напишет.
Я устала так много играть и прощать,
Я устала быть тише, быть меньше, быть выше.
Я рассыпана вся в мелочах, в мелочах,
А никто эти части собрать не назначен..
X
Я живу, как под куполом цирка,
Где я клоун, акробат и канат.
Если падаю падаю громко,
Чтоб заметил хоть кто-то подряд.
Я пляшу под чужие мотивы,
Я глотаю обиды, как нож.
Вы простите меня, что я лжива,
Но без лжи меня не разберешь.
Вы простите меня, что я разная,
Что сегодня одна, завтра нет.
Я всю жизнь в этом цирке заразная
Разносила себя, как обед,
Как еду для голодных до зрелищ,
Как мишень для уставших стрелять.
Я хочу, чтобы кто-то проверял:
А не больно ли мне? А не снять ли?
А не снять ли мне этот костюм,
Этот грим, эту маску, ужимки?
Я хочу, чтобы кто-то сквозь шум
Разглядел, что я вся из наживки,
Из приманки для тех, кто пройдет,
Кто посмотрит и скажет: «Нормально».
Я хочу, чтобы кто-то уродство мое
Не лечил, а любил. Но реально
Это только в стихах. Только здесь,
Только в рифме, где можно быть честной.
Потому что на деле я есть
Только та, что не спета, не крестна,
Не спасена, не нужна, не своя.
Я чужая себе. Я чужая всем миром.
Я стою у окна, говорю: «Это я.
Это я виновата, что стала кумиром
Для себя же самой, для пустых зеркал».
Я смотрю и молчу. Я молчу и не плачу.
Потому что никто никогда не искал
Во мне ту, что живет наудачу,
Напролом, наплевав на себя.
Я сама себя так научила, дико
Убиваюсь за то, что не верю, любя.
Я сама себе самый главный критик.
Я сама себе суд. Я сама себе грех.
Я сама себе вечная, дикая мука.
И когда говорю, что смешнее всех
Это значит, внутри зажигается скука,
Потому что смешно только тем, кому всё равно.
А мне не всё равно. Мне всё очень больно.
Я стою у окна и смотрю в темноту.
Я хочу, чтобы стало спокойно.
Я хочу, чтобы кто-то пришел и сказал:
«Ты не шавка. Ты просто устала.
Ты не мразь. Ты не та, кем себя называла.»
Ты всю жизнь себя просто спасала.
Ты спасалась, как могла. Ты спасалась игрой,
Ты спасалась чужими глазами. Что
Не спасаются, не играют, не лгут,
Не боятся остаться без зрителя
Но таких не бывает. И вот я бегу
К тем, кто хоть на минуту учитель,
Кто хоть на минуту спасатель, герой,
Кто хоть на минуту посмотрит иначе.
Я живу этой минутой. Я ею дышу.
Потому что иначе иначе.
А иначе нельзя. А иначе никак.
Потому что внутри никого, кроме стука
Своего же сердца. И этот дурак
Я сама. Я сама. Я сама. Это мука,
От которой не спрятаться, не убежать,
Не закрыться в подвал, не забыться в учебе.
Я всю жизнь учусь себя не предавать,
Но предательство это единственный способ
Быть с кем-то. Держаться. Не падать. Не сметь
Признаваться, что больно. Что сил уже нету.
Я хочу дожить до того, чтоб суметь
Не играть. Просто быть. Просто быть. Просто светом.
Просто тихой водой. Просто теплым углом.
Просто тем, кто заходит и сразу не хочет
Уходить. Потому что не страшно. Потом
Не придется просить. Не придется пророчить
Себе вечное «завтра», где я не умру,
Где я справлюсь, где я перестану бояться.
Я опять не усну. Я опять поутру
Буду к новому дню прижиматься,
Прижиматься щекой к ледяному стеклу,
Прижиматься к чужим, чтоб согреться,
Прижиматься к словам, чтоб забыть эту мглу,
Что внутри. И не вырваться. Не отпереться.
0 0 0
0
ДариКрыжовник
𓆝 𓆟 𓆞 𓆝 𓆟𓆝 𓆟 𓆞 𓆝 𓆟᠌᠌᠌᠌᠌᠌᠌᠌᠌᠌᠌᠌˚ ✦ . . ˚ . . ✦ ˚ https://t.me/Kislyy0_0kryzhovnik
![/TORY\](/upload/003/u373/3/d/3d764d1d.jpg "/TORY\")
