Охотник Дин

Он родился в дыму, где горели обои,

Где мать — только крик, что уносит ветрами.

Он вырос с револьвером в руках, как с игрушкой,

И с клятвой, что брата закроет плечами.

Он знает: есть монстры страшней, чем в подвалах,

Те, что в зеркале бьются, когда ты не спишь.

Но Дин не сдается. Он жмет на педали,

Шепча: Да пошел ты, приятель, молчишь?

Шeвроле Импала, — молитва и песня.

Рычит восемь цилиндров — аккорды войны.

В ней выжжены кресла, в ней вера воскресла,

И запах бензина — единственный сон.

Он гладит приборку, как плечи любимой,

Целует баранку, как будто бы мать.

Мы с тобою — одно. Мы непобедимы.

Нам суждено вечно гореть и вставать.

А рядом — Сэм. Вечно чистый, упрямый,

С книжной пылью на лбу и с тоской в глазах.

Дин помнит, как в детстве носил его на руках

От пьяного отца, от чужих адресов.

Он помнит, как пек ему тосты на газе,

Как прятал от демонов в старый мотель.

Послушай, малыш… Это все только фразы.

Я рядом. Я буду. Как бы ни болел.

Он в Ад заходил — и обратно вернулся,

Сжигая себя, но спасая другого.

Он Ангела в сердце впустил — и очнулся

В руинах, где не было больше живого.

Он отдал свою душу за брата — без торга,

Забил на спасенье, на райский покой.

И встал у дверей, где решалась та драма,

Сказав: Не боюсь. Я с тобой. Я — с тобой.

Он носит на ребрах шрамы от клинков,

На сердце — клеймо от потерь и разлук.

Он смеется над смертью, он пьет за любовь,

Хотя сам разучился верить в испуг.

Он ломает чужие заклятья и судьбы,

Он циничен и груб, но внутри — как дитя.

И, прикрыв от дождя своим телом Сэмюэля,

Шепчет: Только попробуй уйти… Не шутя.

Он любит бурбон, и Зази на проигрыш,

И запах серы, и грохот глушителя.

Он знает: для них нет ни выигрыша, ни проигрыша 

Есть только дорога, что ждет впереди.

Он живет по законам, что сам же нарушил,

Он верит в Импалу, в брата и в ствол.

И каждый, кто понял, что Дин — это души,

В ответ прошепчет: Приятно. Пошел...

Но до конца фразы не скажет. Ведь это — их код.

Значит, жив. Значит, ждет. Значит, едет вперед.

Спасибо, что спросил… Я в порядке. Ну, почти.