Авторская песня

Сердце трепещет от безысходности,
Я стала жертвой жадности, кроткости,
Пулей вонзалось в меня чувство гордости,
Я разрушаю себя грузом подлости

И я пойду ко дну, Туда..
Где я останусь навсегда
И я пойду ко дну, Туда..
Где я останусь на-всег-да.

Я искренне открываю сердце Господу,
И все мы в итоге придём к своему Отцу,
Он примет меня, как я есть, и я Его приму,
Ну а пока я здесь, я всё проживу!

И я пойду ко дну, Туда…
Где я в плену ума, И я..
И я пойду ко дну, Туда..
Где я останусь на-всег-да.

Я вижу в тумане эту мерзкую сущность
Что жалеет меня, оставляя чужую мне глупую чувственность
Смысл сего бытия проявить заявленную мною мужественность Что исчезает тогда, когда я встречаю чью-то напущенность

И я слышу его в своих мыслях, он шепчет мне тихо признания
О моей слабости, честности, гордости, поёт о том, что не знает сам.
Пробежали мурашки и руки трясутся лишь от незнания
Или двигатель чувств заржавел, оставив мне эти терзания

Знаешь ли ты, о чём поёт ворон в том глухом лесу?
Что тебе он принесёт?
А знаешь ли ты, о чём поёт тихий лебедь на пруду?
И что тебе он принесёт? Войну.

Я вижу в зеркалье эту мерзкую сущность
Что цепляет меня, оставляя безликую, жуткую чуждость
Она вплеталась в меня, зарываясь корнями в самое нутро
А что было вчера? И я честно скажу, что я помню всё мутно.

И я шепчу признания, шепчу покаяния, я ищу мудрость
Дабы не совершить, дабы не покориться, погнаться за плугом Белокамные стены, и я потеряюсь, ища в них безгрешность
Но, просчитав вновь всё, я пойму, что я — очередная погрешность.

Я вижу в зеркалье эту мерзкую сущность…
Что сидит за иконой, прикрытая ликом святого напутствия.
8:44, 5:3 6:13 — и это не «числа».
А посланье тебе, враже тьмы. И мы все здесь из левого устья.

(8:44 — Ваш отец диавол; и вы хотите исполнять похоти отца вашего. Он был человекоубийца от начала и не устоял в истине, ибо нет в нем истины. Когда говорит он ложь, говорит свое, ибо он лжец и отец лжи. 5:3 — Но Петр сказал: Анания! Для чего ты допустил сатане вложить в сердце твое мысль солгать Духу Святому и утаить из цены земли? Чем ты владел, не твое ли было, и приобретенное продажею не в твоей ли власти находилось? Для чего ты положил это в сердце твоем? Ты солгал не человекам, а Богу. 6:13 — Для сего приимите всеоружие Божие, дабы вы могли противостать в день злый и, все преодолев, устоять.)

| Литература. О, боже мой, моя литература,
Ты видешься мне точно портитура.
И вот уже твой верный музыкант
Рождать музЫку из души и чувства рад.
Мой Пушкин, Маяковский… О, поэт!
Ты в жизни многих порождаешь свет!
И я не перестану повторять
Цветаеву, Верлена. И опять
Взошла звезда пленительного счастья,
Забрав с собой ужасные ненастья.
Литература, ты мне точно не покорна.
Живая ты, душой своей свободна.
Читать великих нужно, не зубрить
Их слог. Когда решишь, читатель, подарить
Свою любовь святой литературе,
Ты помни о ее простой натуре.
Здесь главное услышать, осознать,
Вообразить, увидеть иль придумать.
И, вдумываясь, смыслы понимать.
Один раз полюбить и больше никогда не передумать.
Я вдохновляюсь, открывая тексты.
Пушкин писал, что гений и злодейство —
Две вещи, что не могут быть совместны.
А может ли злодейством быть отказ
От малого, чудного королевства,
Что создала для нас прекрасная пленительница глаз,
Ушей, внимания, рассудка?
Ну нет, нельзя ее бросать ни на минутку!
Точно злодейство — отказаться от
Того, кого другой охотно заберет.
Литература. О, боже мой, моя литература,
Ты жизнь моя. И формируешь ты всех душ людей архитектуру.

Слезы погоревших грëз, 
Он продевает в прядь седых волос, Давно детей всех постаревших, И половину них — умерших. 

Вместо гортани просто трубка,
Напоминает о поступке,
Матери, что не рожала,
Да тепло своë уж не давала.

Не зная молока грудного,
Не видя солнца золотого,
Без имени живя на свете,
Желая мать нормальную иметь.

Зачат без явного желанья,
И не ища своего ума блестанья, Обиду держит беспрестанно,
Желая смерти безустанно. 

И на кону протяжной ночи,
Он ножик об решето обточит,
Замок откроется, и вдруг:
Начнется тот порочный круг. 

Найдет он мать свою родную, Исполнит клятву баловную,
«Тебя с рожденья не люблю»
«В реке холодной утоплю»... 

Пройдет буквально 2 мгновенья,
И нож создаст тяжелые раненья, Ручьями крови истекая,
Глаза закроет умирая…

Все молвят: «Мол, ты балабол, стань елее, елее!»

[Куплет]
Я просыпаюсь — вокруг никого.

[Куплет]
Туман поглащает меня.

[Вступление]

[Вступление]

Наших чувств

Серый город, капли по стеклу
Двое незнакомых, тающих в углу Взгляд случайный, робкое тепло Словно время замедлило число

Танцуем под дождем, не слыша тишины
Два одиночества, две скрытые мечты
Касаемся руками неба и земли Здесь и сейчас — мы просто две души 

Мокрый асфальт, размытый силуэт Музыка внутри, что длится столько лет
Чувства нараспашку,
хрупкий диалог
Между болью прошлого и новых дорог
Танцуем под дождем, не слыша тишины Два одиночества,
две скрытые мечты
Касаемся руками неба и земли Здесь и сейчас — мы просто две души

Растворяемся в ритме,
забывая печаль
Дождь нас бережно держит,
как последний причал
Незнакомы, но близко,
без прикрытых сердец
Этот танец — надежда,
этот миг — наш венец.
Танцуем под дождем, не слыша тишины Два одиночества,
две скрытые мечты Касаемся руками неба и земли Здесь и сейчас — мы просто две души

Две души, два шага, один мотив Дождь смывает боль, мир стал так хрупко-тих

Закат расплавил небо безконечно
Луна свой рог чуть показала так беспечно.
Дыхание ночи так жарко и темно
А нам с тобой на жгучем песке, потанцевать повезло.

Мы вышли к океану вместо снов, Чтоб станцевать безумный танец но без всяких слов....


И музыка— лишь шопот и биенье сердца
А звёзды— наши зрители любви. Мы знаем, этот миг не повторится дважды.
В безумном танце, так друг другу мы. нужны
[Припев]
Танцы на раскалённом песке… Где каждый шаг— как вечности полёт
Сплетаемся телами как во сне,
И пьем любовь, что с неба жаром льёт.
И небесам, и пеплу вопреки,
Мы— два огня сейчас,
а ночью как две тихие реки.


Твои ладони— карта наслаждений,
Мы растворяем в поцелуе тени
И знаем, как хрупка наша любовь, Свои мы руки сплетаем вновь и вновь.
Танцуя не заметили рассвет, Сожгли сердца об раскаленный след 
И музыка— лишь шепот и биенье сердца А звезды— наши зрители любви. Мы знаем, этот миг не повторится дважды
В безумном танцы так друг другу мы, нужны .