Гражданская

Как потушить пожар

Всё ещё не так уж плохо

Не помню в четверг или пятницу
Но точно перед субботою
Я выпил чтобы расслабиться
Но такие читы не работают

Хорошо на диване заспавниться
С кружкой пива и автоподливом
Почему все что в жизни нравится
Добывается потопроливом

Добывается в стремных локациях
Где очково при скромных скилах
А нафармленное жрет инфляция
И ты зло говоришь что за нах

Кто хотя бы не пригубит в пятницу

Всем кому снятся с берёзами рощи

День связал всех ниточкой незримой
И в далёкой Африке пигмей
На восьмое марта для любимой
Подарил букет сушеных змей

Это день когда мужик решает
Как помститься за набор носков
И сдается что не уменьшает
Общий список годовых грехов

Хмурая весенняя палитра
Продиктует общий смысл картин
Водки в сумме будет аж два литра
И тюльпан букетом но один

Ураган раз в год как так и надо
Люди помолясь от ветра ждут
Чтоб принес парник из карбоната
Надувной бассеин и батут

Как летит фанера над Парижем
Я не видел впрочем до сих пор
Думал я что в жизни не увижу
Как летит из профиля забор

Что такое тяжко просыпаться

Жизнь такая… никакая, словно птицы улетают
Косяком уходят к югу, что б побыть в тепле, уют. Ну, а мы тут, под снегами, вьюга злая заметает Все надежды покрывает на какой нибудь приют. Может быть когда то солнце, к нам лучом блеснёт в оконце. И возможно оживая, жизнь сквозь камень пробивая Снова с чистого листа Все начнем, открыв сердца.

Тыловик-капитан в третий раз приволок
купол ветхой палаточной бани. 
Там есть каменка, веники, бочки, полок,
половик из портяночной ткани.

Наш походный шатёр скрыл от глаз соснячок,
вьётся дым через сеть камуфляжа.
Да засунут в сугроб остывать «крепнячок»
в под завязку наполненных фляжках.

Мы — народ фронтовой, позабывший комфорт
штатской жизни, войною разбитой.
Банька редкая нам — однодневный курорт
у нагретых камней из гранита.

А поддай-ка парку! И настой не жалей!
Прохвати ягодицы дубовым!
Лепестками раскроются души в тепле.
Будь здоров, брат! И ты будь здоровым!

Лапник колется в пятках и катится пот
вдоль по телу к ступням ручейками.
Мы на час отрешимся от дённых забот
и подружимся снова с мозгами.

По три шкуры дерёт с нас бессрочно война,
порох въелся надолго под кожу.
А духмяного знойного пара волна
сор душевный внутри уничтожит.

И водицею талою смоем грехи,
и очистим зажившие раны,
и до дрожи прогреемся жаром сухим,
и побудем в объятьях нирваны.

А поддай-ка парку! И настой не жалей!
Ждёт за баней блиндажная кровля.
Энто дело — как божья слеза на столе.
Будь здоров, брат! И ты будь здоровым!

Солдат идет и в поле боя,
Не вывести его уже — он в строе,
Нести борьбу и в счастье, в горе,
И в этом подписанном уговоре,
Звучит как в вечном приговоре,
Приближающая смерть — давящая горем...
Разве есть выбор в этом споре?
Этим договором подписанном, а что вскоре?
Ранним утром выстрел — очередной солдат -
Не скрыться от утрат, где твой брат? Все бомбы летят — успеваешь только побеждать..
Вся твоя жизнь, брат? — а кому то в далеке переживать...
Скупую слезу роняет солдат,
Ведь каждый день оружия звучат,
Не знаешь что задрожат руки и пули -Вы жизнью опять рискнули, а жены глаз не сомкнули,
Слезы солдата-скучание по семье,
Плачешь о родине,
И только ворон видит слезы солдата,
Как было больно когда-то...
Там в ночи средь ярких звезд, 
Плачет и скучает солдат,
И в эти слова не в попат,
Пишет украдкой в письме солдат,
И только это облегчат,
Слезы, боль солдата — он хочет домой,
В небе пули звучат -Это подвиг солдат!

Солдат идет и в поле боя,
Не вывести его уже — он в строе,
Нести борьбу и в счастье, в горе,
И в этом подписанном уговоре,
Звучит как в вечном приговоре,
Приближающая смерть — давящая горем...
Разве есть выбор в этом споре?
Этим договором подписанном, а что вскоре?
Ранним утром выстрел — очередной солдат -
Не скрыться от утрат, где твой брат? Все бомбы летят — успеваешь только побеждать..
Вся твоя жизнь, брат? — а кому то в далеке переживать...
Скупую слезу роняет солдат,
Ведь каждый день оружия звучат,
Не знаешь что задрожат руки и пули -Вы жизнью опять рискнули, а жены глаз не сомкнули,
Слезы солдата-скучание по семье,
Плачешь о родине,
И только ворон видит слезы солдата,
Как было больно когда-то...
Там в ночи средь ярких звезд, 
Плачет и скучает солдат,
И в эти слова не в попат,
Пишет украдкой в письме солдат,
И только это облегчат,
Слезы, боль солдата — он хочет домой,
В небе пули звучат -Это подвиг солдат!

Это даже уже не стихи

Исчезли краски, мир стал сер и гол.
Ушла любовь, оставив лишь укор. И с ней умрёт последняя мечта,
И я хочу, чтоб не было возврата. Чтоб закопали нас, смешав тела, Где тишина сырая возлегла.
В одной земле, в безликой глубине,
В последней братской, страшной той стене.
Чтоб сердца наши, холодны, темны,
Прижимались навек друг к другу, как одно.
Пусть плоть сойдёт, исчезнут имена,
Но кости сплетены будут дотемна.
Остановим их стук. Замрёт в груди.
Исчезнет время.
Будем впереди
Того, что было.
Там, в кромешной тьме,
Мы будем вместе. Вместе. Навсегда.

Поезд прибыл ко второй платформе
Ровно в полночь с вторника на среду
Проводник в одетой наспех форме
У меня спросил куда я еду

Я ответил не смутясь но строго
Полагаюсь на счастливый случай
Пусть твоя железная дорога
Увезет меня туда где лучше

Полумрак купе радушно встретил
Ни о чем не спрашивал попутчик
Может просто невзначай приметил
На запястье у меня наручник