Бессмертный брак

Уже сгущалась полночь над землей,

Дышал туман холодным, горьким тленом.

В высоком замке, скрытом темнотой,

Душа прощалась с ненавистным пленом.

Она стояла, скорбна и бледна,

Под тяжестью венчального наряда.

И чаша яда выпита до дна —

Спасение от завтрашнего ада.

Наутро брак. Неравный, страшный торг.

Не помогли ни слезы, ни моленья.

Но смертный яд принес душе восторг,

Свободу от позорного паденья.

«Прощай, мой друг, мой светлый идеал, —

Шепнула дева, опуская руки. —

Ты за меня на поле брани пал,

И я иду к тебе, прервав все муки».

Но вздрогнул вдруг тяжелый, темный свод,

И ветер взвыл, преграды разрывая.

И тот, кто выжил, сбросив гнет невзгод,

Вошел, как дух, шагнув в преддверье рая.

В изрубленных доспехах, весь в крови,

Он спасся чудом из когтей забвенья,

Чтоб пронести огонь своей любви

Сквозь адские, жестокие сраженья.

«Я жив, моя княжна! Я победил!

Сорви фату, мы уезжаем в вечность!»

Он руки к ней безумно устремил,

Смотря в глаза и веря в бесконечность.

Она вздохнула, падая без сил,

В ее глазах — растерянность и горе.

«О, если б ты чуть раньше поспешил,

Пока моя ладья не вышла в море...»

«О чем ты, ангел?» — он к ногам припал.

Она с улыбкой, кроткой и печальной,

Ему кивнула на пустой бокал

С последней, горькой каплей погребальной.

«Я выпила отраву, мой герой...

Чтоб не достаться на рассвете зверю.

Теперь зовет меня иной покой.

Я ухожу. И я в прощенье верю».

Как будто рухнул мир. Завыла мгла.

Он обнял стан, слабеющий в бессилье.

На бледном лике нежность замерла,

И за спиной как будто сжались крылья.

Он не кричал. В отчаянье немом

Прильнул губами к ледяной святыне,

Испив остаток яда жадным ртом,

Чтоб не остаться одному отныне.

«Мы не расстанемся, — шепнул он ей во мрак. —

Никто не скажет слова укоризны.

Пусть совершится наш бессмертный брак,

Который стоит больше целой жизни».

Они сплелись, не разлучить вовек.

Застыли двое на полу холодном.

А за окном кружил неспешно снег,

Покрыв их души саваном свободным.