Шкаф, который съел своего хозяина

Шкаф открылся — и втянул меня внутрь,

Я не сопротивлялся, я устал.

Внутри пахло пылью, старой обувью,

И чужими пальто, что никто не снимал.

Я сидел среди вешалок, как среди веток,

Я молчал, я не звал, я не бил.

Шкаф закрылся — и не стало света,

Только тьма, где я раньше не был.

Я стучал — но стенки были мягкими,

Я кричал — но голос глох в тряпье.

Я подумал: «А может, я стал вешалкой?

Может, это уже не моё жильё?»

Я представил, как мать открывает дверцу,

Ищет куртку, а находит меня.

Но меня там не было — только сердце,

Которое билось, себя не храня.

Я не умер. Я просто стал частью

Этого шкафа, его тишины.

Я теперь — не человек, а причастье

Тех вещей, что уже не нужны.

Кто-то новый откроет дверцу,

Удивится: «Откуда здесь я?»

И закроет. И это — не смерть,

Это просто другая стезя.