Иуда

И дурит меня плохой вкус

Бросает от дела в дрожь

Тридцать серебренников как тяжкий груз

Который просто так не убьешь

Сегодня Среда

День сговора тряски и бреда 

Сегодня тот день

Когда повернуть не сумел я 

Предательство манит 

И так страшно болит

Когда священники тянутся к нитям 

Стоит опустить путь к душе 

Как уже манят в страшных софитах. 

Среда день безделья и непрошенный миф

Что по земле апостолы разносят страшное бремя

Когда счастья во век не сокрыть, когда Бог — страшное время

Но Четверг не лучить

Не бояться страшиться надо. 

Четверг — это такой день

Когда вечеря страшнее удара

И ноги помыть

И хлеб поднести

Но безбожная эта схема

Бог, он вообще, пред тобой

Но не думай об этом, лемма

Ты все же бежишь, 

Когда слышишь ты главное

«Делай, что хочешь, скорей»

А в ответ — лишь смех и удары

И когда Ты в саду

Будешь молиться так, будто бы не прощу

Я опущу свои губы так, что себя никогда не прощу

Дальше — арест, тяжелая казнь, 

Жизнь, словно всадница. 

Страх, сожаленье и быль -

Страстная Пятница. 

И деньги все вон

Они больше не нужны

Продал учителя, как бык на рожон, 

Страданья на век обречены

И прощенья мне нет, 

Как и нет ничего на свете. 

Дерево и жёлтый капюшон -

Все что осталось на свете

И у Иуды покоя уж нет. 

Он сам выбрал такую кончину. 

Мог бы — покаяться, попить с Ним вино, 

Но выбрал вот такую смертину. 

«Не простят» - 

Твердят апостолы страшно

Ну да. Такова уж цена, 

Когда выбираешь ты путь себе ясный

И этот грех, что не простят - 

Единственный из сотни других. 

Но Иуда выбрал его 

Дабы не встретить своих.