Философская

Бей рукой своей жестокой 
Пока видишь монстра ты,
Но не медли, а решайся
Кто важнее он иль ты?

Добивай рукою быстро
Словно рвешь с земли цветок,
Ощущай презренье, голод,
Чувствуй тёмный холодок.

Убивай же монстра быстро,
Рань его, как в первый раз,
И глаза не открывая,
Ощути кровавый час.

Я многое писался в стол
И потерялись те заметки,
Но мыслей лес дремучий зол,
Меня порвали колкие в нём ветки.
Показывая изнутри,
Кишки и сердце у поэта,
Я не зовусь вам мудрецом,
Но плодотворно двигаю я это.
И мыслями погряз, душой,
Не вижу тонкостей проекта,
Что у меня лежит уж год,
Когда нибудь узрите это.
Я говорю вам о поэме,
Я её много сочинял,
Но строк, ни буквы так и нет там,
Меня так рвёт зверей оскал.
И вот пожрали меня чувства,
Что вам я выпылил сейчас,
Когда то гордый был юнец,
Теперь лишь тело пропитал.
Я вырос очень гродно,
За время что я не писал,
Теперь клянусь улучшить строки,
Что я так глупо сочинял.

смирение

тоска

мгновение

рука

взгляд соколиный

взор орла

паду я

воскресну я

А может нет

Сожги меня

Сожги и как бы не любил, отпусти

Мы будем вместе вновь-узлы в натальной карте

Я недописанный мною стих, буду рядом, буду согревать 

Буду на ушко шептать- реши, что хочешь слышать и меня позови

Чернобыль

Белая пыль.

Чернобыль 

Надежда на жизнь 

По секундам время ушло 

Непонятно как и что

Вот улыбка в ночи, а вот смерть — только ты не молчи...

Твоя жизнь- ничто под тонной угля

Были ты и я. Осталось ничто.

Замерший город. А кто помнит его?

Так много зевак, кто молод душой и не понимает потери глубокой и горькой

И мало кто вспомнит ту ночь кроваво красивую 

Звонко...

93 000 человек погибло

So tell me boy

Tell me the truth that i know

Tell me the lie that i saw

Could you sent me a bird with hope of freedom

I ask you to find

I tired from my life from teaching of knowing people who i wanted to die

Fuck them and go on, i want you to bring me home

хочу стабильности, но это все херня

деньги не залог счастья или несчастья 

Проси, моли, будет тебе 

Вопрос — счастье иль несчастье

Верните мне меня радости души 

Верните мне меня, чудеса распахнутой души

Верните мне меня, я так скучаю

Верните мне меня, я умираю

На повторе вспоминаю
Я моменты жизни те,
Что всплывают, согревая,
В ежедневной суете.

Я их в памяти лелею,
Словно горстку янтаря,
Хоть и немного сомневаюсь, 
Не фантазия ль моя.

Помню, летним утром жарким,
Я проснулась невзначай,
И сжимая в пальцах нежно
Чашку, где остывший чай.

Но внезапно — тишина.
Птичий гомон смолк вдали.
Я взглянула… Церкви нет!
Той, что в двух шагах, в пыли

Летней скрылась… Лишь туман —
Голубая пелена.
Плотный, вязкий, будто пьян,
Всё сокрыла глубина.

Но луч солнца, как копьё,
Вдруг тумана толщу сшиб —
И в пронзённом том жнивье
Вспыхнул купола изгиб.

Мир затих. И двадцать долгих,
Словно вечность, тех минут
Шла борьба двух сил безмолвных,
Что друг друга не убьют.

Шла борьба двух бесконечных —
Света дня и мглы ночной...
Я стояла, как в потемках,
С восхищением в глазах.

И помню я ещё вот это:

Я ненавидела тот звон,
Что шёл от старых куполов.
Безумный, хаотичный стон,
Бессмысленный набор из слов.

Но как-то раз, за чашкой кофе, 
Застыла, подойдя к окну:
Я, звуки эти различая,
Вдруг уловила тишину...

Нет, не молчанье. Просто стержень —
Один забытый, тихий звон.
И хаос, что был так безбрежен,
Сложился в музыку, в канон.

И в тот же миг перед глазами
Возникла ангельская рать,
Сверкнув над нашими главами
Крылом, что в небе не объять.

Их знамя — не кусочек ткани,
А лик Святой из алтаря.
Он плыл над ними в океане
Из света, будто всем заря.

А впереди, в простой одежде,
Босой, велик и в то же время прост,
Стоял Он, полный той надежды,
Что выше неба в полный рост.

Три раза копья поднимались...
И замер мир, и стихла твердь.
Потом виденья растворялись,
Неся с собой и жизнь, и смерть.

И смолкла музыка. Ни звука.
Лишь тишина в моём окне.
И эта сладкая наука
Осталась навсегда во мне.

Назавтра я пришла к собору,
Чтоб тайну для себя открыть.
Спросила, кто вчера, в ту пору,
Сумел так звоном ворожить.

Мне сторож там ответил просто,
Что старый мастер занемог,
И замещал его подросток —
Его прилежный ученик.

Но имя мне не подсказали,
И больше с той поры, увы,
Той музыки я не слыхала
Средь колокольной той молвы.

А вот ещё одна картина:
Я на реке, средь старых гор.
И камень, брошенный без чина,
Вдруг тишину собой взорвал.

Но звук — не всплеск, а стук неясный!
Он звал за водную завесу,
Что падала стеной атласной
И прятала свой мир от леса.

Под душем ледяным, как иней,
Я проскользнула в тайный грот,
Где в заводи из лепестков и сини
Вершил свой танец хоровод.

Там тень моя на своде камня
Плясала в бликах от воды.
И это было, словно знамя,
Благословенье чистоты.

Я обернулась — и сквозь стену
Воды взглянула солнцу в лик...
И время замерло. Мгновенно.
Весь мир был будто бы в бреду.

Листок, что падал, — в небе замер.
И люди, там, на берегу,
Застыли в кадре, словно в раме...
И я… поверить не могу.

Но нет, поверила и я помню
Тот мир, где время замерло,
Где я одна на камне скромном
Смотрела в солнце сквозь стекло
Живой воды...

Да, это чудные мгновенья.
Уйдя, не спросят нас они,
Но всё по прежнему согреют,
В минуты холода и тьмы.

Не слышно музыки той в звоне,
Туман не борется с зарёй,
Но верю… Нет, я точно знаю,
Что это точно не конец.

Природа -чудо мирозданья,
И сотни тайн её полны.
Моя задача — без роптанья
Заметить проблески чудес... 

Бесмысленно искать причины
Что ты и прав, и виноват
Кому то можно быть невинным,
А ты вот-нет, ты-виноват.
Ты виноват во всём,
Что может быть случайным
Нежданно огорчающим тебя
Ты беден и от того отчаянно
Все призирают и сторОнятся тебя…

В рутине судеб, много наших
И все они всегда не по зубам
Толпе людской и беспричинной
Толкающую душу в ад.
Ведь ада нет, есть только слёзы
Не смытые с твоих очей.
Волшебные, чарующие грёзы
Несбыашейся мечты твоей.

Пройдут века, как не банальна фраза
Изменится лишь антураж страстей
И где-то там, бушующий вселенский разум
Столкнёт в водоворот людей.
Найдётся, тот, кто больше непричастен
Ни к жалости, ни к боли в сеуте.
И если Вам не безразлична совесть.
То не жалей монет оставшихся в руке...

ты придешь — тьма расступится,
все окрасится в яркое:
трава станет зеленой,
небо синим с ватой белесой,
на горизонте появятся оттенки красного.
в моей душе появится радуга,
мы снова заговорим о прекрасном.
встречи станут цикличны:
перед ними — тьма,
затем — свет.
эти перепады олицетворяют
не только настроение,
но и тернии души,
мне конец.

Я живу послушно и не гордо!

Люблю родных и уважаю стариков. 

В принципе, живу свободно! 

Я жду когда придёт любовь. 

Послушай, жизнь не так проста как кажется! 

Если живёшь, то любишь. 

Любишь, значит ты живёшь! 

Пускай по телу дрожь. 

Забудь невзгоды! 

Ты счастлив должен быть.

За все успехом прожитые годы! 

Ты должен Господа благодарить. 

Мог помереть раз сорок! 

Каждый раз тебя уберегут. 

Друг, живи спокойно!

И жди пока на небо позовут. 

Почему по ночам я пишу свои строки?

Почему по ночам мысли в голову лезут мою?

Нет, не думайте, я нормальный.

По ночам я просто творю!

Ночь мне милее по духу.

Ночью чувствую лучше строку!

А ослабленную дремом руку,

Ручку беру и пишу.

Я пишу в тишине, без упрёка!

Без назойливых взором вокруг.

Никто не спугнуть мою нежную музу!

Никто не дышит вокруг.

глаза–изумруды смотрят с опаской,
что будет делать его человек?
поднимет руку он или схватит
с силой неведомой в пугающей тишине.

но вдруг тело просто осядет на пол,
из глаз польется скупая слеза,
а через время неожиданная развязка —
человек в истерике от собственного бытия.

пушистый клубок для многих — игрушка,
с мурчанием тихим прильнет ко груди.
он будет ластиться и успокаивать
человека, что дал ему жизнь.

Тотемной птицы чёрен взор.
Крыла тревожат ветры.
Она спешит за горизонт
На блеск зари рассветной.

Пернатым был рождён мой друг.
Дан в дар полёт свободный.
Летит птенец на солнца круг.
Дитя самой природы.

Бегу легко за тенью вслед.
Тотемностью хранимый.
На протяжении многих лет
Исследуя равнины.

Глазами птицы вижу край.
Всю прелесть летних прерий.
Всех тайн ты мне не открывай.
Я справлюсь. Будь уверен,
Мой верный друг, товарищ, брат.
Осилю сам дорогу.
Ко мне пусть будет степь добра.
И боги пусть помогут...

Кому койот, кому бизон 
В тотемы был назначен.
А мне достался птицы взор,
Сулящий лишь удачу.

Много раз я себе что-нибудь запрещала,

Без конца себя в мнении чужом растворяла,

Но счастливее не стала, увы, ни на шаг

И тогда поняла, что что-то не так.

Оказалось чтоб мне счастливее стать 

Нужно просто на всё глубоко наплевать.

На всё то, что когда-то терзало меня

Стоит попросту взять и закрыть мне глаза.

Наплевать на чужое никчёмное мнение,

Ведь в моей голове и свои есть суждения.

На стандарты, на правила, к чёрту их все

И отныне довериться только себе.

Не смотреть на других, не слушать чужое,

Это всё трата времени, дело пустое.

Жить, вести себя так, как хочется мне,

И не сметь изменять больше себе.

И пускай я в глазах чужих буду как дура,

Но зато не в тисках моя боле натура.

Жизнь течёт через край, я бегу от суе́т,

В лексиконе моём отбыло слово «нет».

По чужим не хочу теперь нормам «играть»,

Жизнь моя, значит правила мне выбирать.