Будут снова без крова рождаться поэты, Бродить мыслями средь тёмных улиц!
И как разукрасят калитку запретов, запылились на стенах портреты, заржавела сила кузниц!
Нет меча, рифм и подачи,
не нужно всё это давно никому!
Спрятали взгляды под образы мрачные, души отдали в магию колдуну!
Холодно очень в сибирский январь, вечное безобразие, как кусок острого льда!
Ночь освещает благородный фонарь
и верится мне поэты спасут города навсегда!
Вещать столетиями, разгонять скорость сердца,
ведь наследие могучее, чтоб просто забыть!
Кусок острого льда сможет согреться
и выжить и даже страстно любить!
Будут снова без крова рождаться поэты, без какого-то повода без звона монеты! Да будет так и сильнее кулак, среди нас повсюду знак в здравый шаг!
Уголь.
Гаснет в обществе людей.
Ряд панельных серых зданий -
Отголоски лучших дней.
Град суров и нескончаем,
Бьет о выцветший бетон
Воздух пахнет снежным краем
Весь замерз могучий Дон.
Грохот старых русских ставень,
Из под крана пить нельзя.
Страшно мёрзнут Ростовчане
Жизнь — нелегкая стезя.
Пальцы скользят над струнами эха.
Звонко смычок извлекает волненье,
А холод стекает на голой, на шее.
Голос не слышен, он слился с поэтом,
Строки стихов, словно слёзы сверкают.
А время в округе становится явными,
Оно замедляет людей на причале,
Давай возможность избавить сомненье.
Скрипка легка, и довольно протяжна,
Ей нужен дуэт: нелепого зала, да старых карет.
Скрипач, он поэт, творец вдохновения,
Стоит на мосту, он прекраснее время.
Что скажут люди обо мне.
Я вылез из плохой дыры,
Где правят воры, «нементы»
Тут на всех углах бомжи,
Здесь ср@нь и брань,
А пьяниц сколько.
И тут, ты знаешь всем н@срать:
То как одет ты, с кем идёшь
И говори ты все, что хочешь,
Никто здесь рот не затыкает,
Здесь так привыкли все уже.
Тут мат, за матом покрывает.
Всем наплевать на твой стиль речи
И как идёшь ты, хоть лежи на тротуаре,
Всем тут просто хрен послать.
И здесь понятно все сгнивает, а про цветы не вспоминай.
Трава давно уж не растет
Тут все подохло, умирает,
А знаешь… а пошло оно в дерьмо.
Завистникам, миру, проблемам! Шагнём новой силой из пепла, Сложив из звёзд — жизни поэму.
Пускай в той шальной перестрелке,
Где колко порою и страшно,
Никто не умрёт. Пусть осечка Решит, что нам надо иначе.
Пусть ночь обернётся рассветом И тени растаят в пути.
Мы выберем свет своим ветром И сердце научим цвести.
И если судьба — словно шахматы,
То ходы нам даны от души.
Мы станем сильнее преграды,
А небо откроет ключи.
Пусть тишина разорвётся усталая,
Пусть небо падёт в наши руки!
Мы — пламя, что кроет вершины у сна!
Мы — сила, что ломит все муки!
И если мир хрипло смеётся в лицо,
Мы громом ответим упрямо.
Мы выйдем за грань, мы пройдём всё насквозь!
Мы крикнем: «Живём! И не даром!»
Мы — воины света и бури,
Нам страх не диктует шаги!
Мы — голос вселенной в натурах. Мы — правда в кровавой тоске!
Пусть рушатся стены из боли! Пусть тонет обман в пустоте!
Мы сами себе — наша воля!
Мы сами себе — наш ответ!
И если разрушат нас снова,
Мы станем сильнее в ответ!
В крови нашей — пламя и слово,
В глазах — несгорающий свет!
Мы — молния, срывающая цепи! Мы — крик, от которого рушится тьма!
Мы встанем, пока есть дыхание в сердце!
Мы — вечность. Мы — сила. Мы — Я!
22.08.25
Лежу на кровати, сыро, темно.
Ветер пищит сквозь оконную раму,
Холод скрипит сквозь бледную даму.
Голод и мор, на улицах трупья,
Бедные лица, безмолвны как сучья.
Легкие крики проносятся вдаль,
Не слышно пощады иль может быть рай.
Мы все умрем в этой боталье,
Нету спасенья, надежда иссякла.
В семьях затухли огни оплоченья,
К несчастью погибнем мы в бездне удела.
Судьба прокляла нас, она беспощадна.
Её надрекли нам до детского сада,
Наш бог, наша сила, но нету спасенья.
Прости ты нас грешных,
Помилуй нас всех.
/TORY\
Александра Зенкова
Дмитрий Федяев(Димач)
Стефанья Миргородская
Moralist
Alice Black
༒Святая Бездна༒
Горькое безе...