Философская

Ежедневная рутина, 

Но каждый день, все трудней. 

Может, это лень меня убила? 

Или что-то посложней? 

Если честно, нет ответа. 

Но внутри догадки есть. 

Но какой на это смысл, 

Если время мне не счесть? 

Это делает меня сильнее. 

Но не внешне, внутренне. 

Я ведь тоже человек, 

Но казалось, это бред. 

А казалось, я не плачу. 

Но тогда, что это с глаз? 

Нет, это не лень меня убила. 

Это внутреннее «не сейчас».

Это нагнетающее «ты плохой», 

Это гадкое, тяжелое «постой».

И каждый день мне все сложней, 

Глаза свои поблекшие открыть. 

Сижу со свечкой у порога

В одном лишь платьице своем.

Луною слегка освещёна дорога,

сверкают отблески в пруду моем.

И гробовую тишину нарушает,

Лишь шорох пожелтевших трав.

И медленно со свечки воск стекает,

И капает на кружевной рукав.

Ну где же, странник, ты далекий

Как долго мне тебя тут ждать?

Когда ты перейдешь порог наш ветхий?

И стоит ли тебя искать?

Быть может вон, стоит за тем оврагом

Сейчас появится из тишины.

Пойдет навстречу своим грубым шагом

Обнимет крепкими руками доброты.

Свеча вот-вот и догорает

Уж поздний час, пора идти домой.

Но та тропа меня не отпускает.

И манит в темень — за собой.

Поведайте красоте вы все на свете - 

Она еще ярче запоет. 

Всеми яркими, прекрасными портретами, 

Душу злого мага напрочь разопрет. 

Если станет колко, одиноко, 

Красота откроет вам врата, 

В невеликую, но яркую свободу,

Где дышать — одна лишь простота. 

Там не будет унижений и познаний, 

Как же в мир «живым» и счастливым войти. 

В мире красоты нет дела до всей боли, 

Ведь боль там прерывается, но не от тоски. 

И если решишь выйти в честный, серый мир, 

Красота не станет заставлять тебя остаться. 

Она лишь мило попрощается, сказав одно:

«ты не уходишь от бессилия к любви.

Ты — хочешь быть заслуженным и ценным, как внутри.»

Если небо — огромный магнит,
Я не найду примагниться способ,
Я молчу, но внутри что-то хрипит,
Я живу, но во мне нет живого.

Притяжение создать может бурю,
Когда внутри человека штиль,
Я брошу в небо купюру,
Лишь бы оно мне послало костыль.

Мне вечно не хватает опоры,
Лишь бы бессильна была гильотина,
Но звезды — это не метеоры,
А я с собой уже не стану единым.

Пускай пока Луна молчалива,
А я держусь на одной ноге,
Жизнь, пойми, ты мне не противна,
Если нужно — буду светить во мгле.

Я смирюсь, что меня небо тянет,
Хоть эти волны оборвать не дано,
Звезды не состоят из одних сияний —
Они могут упасть на дно.

Тают льдистые хоромы,
Раздаются в небе громы.
Чуя грядущие невзгоды,
Заползают ящерицы в каторжные норы.

Нервно передвигаются сквозь дебри лианы,
Как кандалы, они обвивают опухшие раны
Каждого, кто попадётся на пути,
Загоняя страхи путников в капканы,
Распространяя запах едкого
И щелочного газа,
Но не тьмы – а страстной агонии.
И лишь один Всевышний
Глухо наблюдает свысока.

Ужас! Кричат покойники –
Ведь нет покоя им.
А те, которые смиренны,
Лишь молча смотрят на гробы.

Ушли из мира краски,
Остались только ласки,
Страшней которых лишь сойти с ума,
Не видя напрочь своего рассудка.
Разрывать безудержными воплями
Белоснежные стены,
Которые явились из метели
И тут же затвердели
Вместе с бренным телом.

Бред! Что за бред?
Бредя кое-как, орут бездомные собаки:
Они не ели целый век,
И худо им – ведь некому
Погладить, подать кость.
Они едва стоят, им нужна трость.

На часах я вижу глубокую ночь,
И, к сожаленью или к счастью вашему,
Мне некому помочь.
Я распорол свою руку
Отнюдь не специально –
Я чисто случайно
Взял кухонный нож и вонзил в свою плоть.

Поверьте! Я не сумасшедший.
Я просто думаю иначе.
Но так или иначе...

Все эти взгляды –
Словно кошмары.
Они приходят в мои сны
И не дают покоя в жизни.
И я чувствую: хотят однажды задушить,
Своими острыми клешнями
Рассечь мое лицо,
Втереть беспощадно в него
Жутко жгучую соль.

Я всё делаю не так –
Ведь дело в том, что ничего не делаю.
Мне хочется застыть,
Покинуть этот день.
И всякий раз, как навещает гнетущая тень,
Она настигает меня в животе...
Растёт, как ком,
Становится всё больше.
Она не любит медлить,
И это плохо, ведь скоро
Она будет дышать едино со мною.
Я даже не замечу,
Как сольётся она с моей душою.

Мне больно.
Слёзы не дают отбоя:
Они всё льются,
Словно бьются, воя,
И выходят каплями из глаз
Прозрачными, но внутри остаётся лишь нескончаемый лязг.

Тень затихает… Я снова прихожу в себя,
И в голове один только вопрос:
«Почему я такая чувствительная?»

Если я сойду с ума,

Вы не плачьте,

Не страдайте,

А вы просто улыбнитесь.

Если я сойду с ума,

Вы подумайте о книгах,

Прочитайте вы мне их,

Я послушаю спокойно.

Если я сойду с ума,

Что вы сделаете тогда?..

Если я...

Не ругайтесь и не злитесь.

Если… я сойду с ума?...

Или я уже сошёл с ума...

Это странно, это жутко...

Я сошёл с ума...

Вальс затих в тиши полночной,
В зале бурного дворца.
Под луною, на балконе–
Тени прошлого лица.

Творец художества, искусства
На холсте, мазки ведя,
Ищет в своём сердце что-то,
Что будет значимо всегда.

Он слеп, для этих всех излишеств.
Он груб ко всем кто будто выше.
Не видит красоты в балах–
Для все богатых и дворян

Приносит людям вдохновенье, 
Кто больше был похож на тех,
Не на вельмож, и не бояр,
А сердцем добрых и простых.

Я спокоен.

Нет, вовсе не злюсь.

Не спрашивай.

Я ядом тут же заплююсь.

Ну что же тебе надо?

Лицо твоё мне не в награду,

Лелеять не хочу его!

Не мельтеши перед глазами.

В твоих речах несвязных

Немало напускной бравады.

Наружу извергай слова,

Всегда напыщенность храня.

Не слышать бы твой шум,

Не видеть оболочки внешней,

Не знать чувства безличного.

Я боле не хочу таким бывать.

Рожден 

Я

Ненавидеть

Раздражением.

Как ты думаешь легко ли небу сейчас!?
Наблюдать за нами разными!
Истекающий красками пейзаж,
Размазанный с истериками частыми!
Солнце каталось сверху вниз, 
Каждый день раздавая тепло! 
Стёкла домов, как чистый лист, 
Зашифрованных поэм ремесло! 
Там глаза и чьи-то улыбки, 
Ссора, любовь и предательство!
Гулял по комнатам звук гитары и скрипки,
Гуляли призраки в предрассудках издевательства!
И как-то жутко и тошнило от плесени,
Которая тянулась из темноты угла!
В туннель шагая за пазуху поэзию,
И чёрные стены не смогли напугать!
Научили ненасытно ждать,
И идти твёрдо, когда бьют молотом в пальцы!
Ещё о многом нужно сказать,
Вспоминая о душах парящих в вечном танце!
Крутится диск из трека годов,
Столько песен в наковальне людей!
Сколько вонючих в кроватях измены клопов,
Кусают плоть гнилую сильней!
Отважных много совсем без ума,
Сложно принять, что порою увидишь! 
Окно заляпал поцелуями туман,
Родной он здесь, а не подкидыш!
А пейзаж набухший от страстей,
Над Русью славной распустился!
И с нетерпением ждём важных новостей,
И свет ярчайший в груди включился!
А, что потом и для чего все вы?!
Ползущие сейчас с вопросом!
Назвался другом, но увы,
Ты липкая сопля под носом!
Запутавшись присядь остановись, 
На завтра расписания и планы!
Проснулся -значит помолись 
И пробирайся сквозь капканы!
Сегодня шёл ты в позитив,
А завтра слёзы всех поэтов!
Взбодриться звал гитарный гриф, 
И струны натянулись для победы!
А тень моя меня пугала,
И помню долгий разговор под вечер!
Хватая плечи спину выпрямляла,
И ждал в порыве новой встречи!
Как ты думаешь легко ли небу сейчас!?
Наблюдать за нами разными!
Истекающий красками пейзаж,
Размазанный с истериками частыми!

Краховый шелест

Цветочна свежесть,
Краховый шелест;
Редкая смелость —
Резать протест.

Частиц груба мелочь
И точная месть;
Воспоминания вточь,
ЕдкОвая лесть.

Единая чёрствость,
Острая блажь;
Вбитая упёртость,
Туманная гладь.

Знаю я правду,
Вы видите свет;
Пою я браваду,
Заткнутый навек.

Ледяной чай,
Елейный кофе;
Сегодня не май —
Всё же без воли.

Безмолвию жизнь.
Жар поутих.
Ропот не слышен.
Песен моих
Путь уж не виден.
Заткнутый навек.

22.04.2026.

Я словно пачка чипсов
Ты вскрой и посмотри
Сколько химозы с гарью
Там, в глубине души 

А в давке очень сильной
Могу я вскрыться сам
Тогда мои остатки
Достанутся лишь псам
.

Из-за рекламы глупой
Полезных овощей
Лежу на полке грустно
Уже который день 

Быть крабом или сыром
Тираном иль Дюдю
Мечтая тщетно вскрыться
Я вновь и вновь грущу

И кто-то говорит мне:
«Есть в жизни точно смысл»
Ну, а какой там смысл
Коль ты лишь пачка чипсов...

Вот Говорят: «Жизнь начну с начала»,

Но она ведь одна, без возврата.

Как бы больно ни было, печально —

Не вернуть утраченного часа.

Не повернуть стрелок бег упрямый,

Не разжечь сгоревшие поленья,

Как не вернуть весну и первый снег:

Вчера не будет — есть лишь завтра.

В прошлые дороги нет возврата,

Уходит детство, юность безвозвратно.

Любовь, листопад и звездопад —

Всё уходит… Время не вернуть назад.






Я плакала пока писала этот стих
(>⁠Д<)

Свинцовые струи

стекают с деревянных крыш.

Обгладывая ветки туи,

ты сладострастно спишь.

А ведь на улице, в эти моменты,

бегает тихонечко заморышек.

Он собирает ренты

с худеющих и грязных робушек.

А бегать он может недолго.

Внезапно, накатясь искрою,

он станет язвительно колким,

обхватясь чьей-то рукою.

Не суть.

Когда ты спишь —

к слову, полдня и ночи, —

мне кажется,

что что-то исчезает.

Заратустра на горе хохочет,

а не по рынку города гуляет.

Мне кажется,

что все мы немного подустали.

Нам нужна остановка на покурить.

Всё же…

мы не понимали,

как петь, танцевать и жить.

Не суть.

К заморышку.

Маленькое, коренастенькое существо,

размером с тумбочку или сундук,

вытворяет всякое земное естество,

Являя круг естественных порук.

Не суть.

Ты спишь ещё же? Верно?

Мне кажется, что не совсем.

Ты, по-моему, не первый,

кто в снах видал сия эдем.

Заморышек — твой хороший друг.

Он не предаст, улицы топча.

Да, он нарезает очередной круг,

когда ты спишь, напившись сгоряча.

Четыре строчки. Так ли это мало?
Быть может больше, чем иной трактат.
Четыре строчки — годное начало,
Когда жизнь виршем завершить хотят...