Мистика и эзотерика

Красное полотно жизни,
Крутит веретено мысли-
Тихо говорит...
По подоконнику иглой стучит-
Злых духов вызывает.
На алую нитку страх нанизывает.
Прячется, слепой прикидывается,
Деревянной ногой об пол бьётся,
Как старый пират на сушу просится.
Боится не успеть с душами поквитаться.
Поквитается...
Со всего плеча размахивается-
Гулким вороньём отряхивается.
Склёвывает остатки чистой совести,
У лишённой разума повести.
Ни о чём не жалеет-
Лишь левым глазом подмигивает-
Намекает-мол:«Приду ещё… ожидайте.»

Сквозь стены ливня, через вьюгу,

Забыв про день и ночи счёт,

Идёт по замкнутому кругу

Трамвай под номером шестым.

Модель из позапрошлых лет,

Он сверху белый, снизу — красный.

Водителя в кабине нет,

И путь его давно опасный.

Давно уж снят с маршрута он,

Другой по рельсам тем бежит.

Но едет призрачный вагон,

И прошлое в себе хранит.

Внутри — кондуктора скелет,

И пассажиров бледный ряд.

Сидят уж сотню долгих лет

И в окна мёртвые глядят.

Он помнит всё: и смех, и драмы,

И тысячи разбитых судеб...

Но опустели окон рамы.

И больше никого не будет.

Никто не ждёт его давно,

Никто не входит в эту дверь...

И лишь со мной одной, в окно,

Глядит давно забытый зверь...

За окнами — гроза и ветер,

И капли по стеклу стучат.

А в мёртвом свете силуэты

Скелеты в такт легко качают.

Я форточку слегка прикрою,

Чтоб дождь не бил в моё лицо,

И унесусь с ночной тоскою

За это ржавое кольцо.

И остановку объявили:

«Конечная. Триста второй».

Здесь все легенды и все были

Находят свой земной покой.

Я выхожу, не видя цели,

И тает в сумраке вагон...

Он пуст. Как будто в колыбели

Остался чей-то тихий сон.

Мы потеряли Есенина, такого свежего и настоящего.

Мы потеряли Есенина, поэта энергией кипящего! Молодого и величайшего...

Он ушёл из жизни без крикливой обиды!

Без ноты протеста.

Он ушёл как герой, он отдал своё место!

Не хлопнув дверью...

Он тихо прикрыл её за собой!

Той рукой, своей кровавой рукой.

Ах! Каким молодым ты с нами простился! 

Сколько бы ещё написал, но ты на небо ушёл. 

Литературною звездой засветился.

Ты ушёл, как мученик смерть принял свою, ты с нею смирился!

Ты казнён был дегенератами.

Под советским аппаратом стоящими!

Тебя не взлюбили за правду.

За правду убили, лицемеры правящие!

Пусть навеки запомнят!!! Кого людьми называть постесняешься... 

Им не умыться от душегубства!

Ибо они смертный грех сотворящие.

И вы не смоете всей вашей чёрной кровью...

Поэта праведную кровь! 

Ибо история хранит истину палящую.

Кем бы ты не был, герой или самоубийца!

Но в памяти нашей, поэтом великим ты сохранился.

Николай. П

(19.02.26)

Он ходит в тишине ночной
В его руках холодное искуство. 
Как пламя догорающей свечи
В его глазах нет чувства. 
Портной теней, он режим нити жизни, 
Без лишних слов, и горького упрëка. 
Оставив за собой алый след
В объятиях предночертоной судьбы
Его душа-как тëмный сад, 
Где нету веры и прощения
Он ловит чей-то мимолëтный взгляд, 
Даря в замен покой, забвенья. 
Он тихий жнец, заложник пустоты
Стирает жизнь, как пыль ненужных полок. 
Среди не сбывшихся желаний
Его венец, сысканый иглой
Уйдëт во мрак, не выдавать имена, 
Смывая грех прохладною водой. 
И будет вновь ночная тишина
Как верная семья. 

Сверкают капли из рубина,

Стекая в солнечных лучах,

По кисти нежной и красивой,

По камелькам к земле родимой

Они летят.

И рядом с креслом у камина

Часы застывшие лежат,

И с кисти капают рубины

На сломанный, разбитый циферблат.

В тиши клубится аромат

От алой лужицы крови,

Пылинки в воздухе шалят

С лучами солнца вопреки.

Трагичной смерти не понять,

Пылинкам проще полетать

В сверканье солнечных лучей.

Им легче в воздухе порхать,

Чем смерть чужую обсуждать.

____________________________________________

#Стихи_и_проза_Лисмистрия

В углу за шторкой шевелилась тень, 
Хотя в квартире нет и сквозная. 
Забыт и проклят был тот день, 
Дверь заперта уж на века. 
Ты слышишь тихий скрежет
По дну кровати, прямо под тобой. 
Вползает тихий запах гнили, 
Чей-то голос тихий и чужой. 
«Не спишь?»звучит как старая фольга. 
Вместо лиц серые глаза
Там тот, кого боялся ты всегда
Не открывай глаза оно придëт, 
Холодный воздух шею обозжëт. 
И в тишине, где полночь душу пьëт, 
Оно твой крик руками за берëт. 
Ты обернëшься пусто и темно, 
Лишь тихий скрежет в пустоте. 
Это он смотрит в дом, в окно, 
А ты внутри, в его игре навек

__________________________________________

Все лучшие качества мира.

___________________________________________

Я родилась её тенью.

Мне больше не стать владыкой всего подземелья.

Все лучшие качества мира,

Талант и глобальная сила —

Всё это присуще лишь ей.

И ненависть с каждым днём сильней.

Ох, зря вы не видели мою тень, 

Ведь сила внутри, а не снаружи.

Остаться в тени, нет, будет лучше, 

Ведь сила внутри, а не снаружи.

И тенью смахну всю эту яркость.

Сияй сколько хочешь, всё напрасно.

__________________________________________

#Стихи_и_проза_Лисмистрия

Фонари глазами шарят, разгоняют ночи тень, 
почему меня тревожат блики на стене моей? 
Что они напоминают, где я видеть это мог? 
На стене нарисовался звездолёт! 
В серебряных костюмах люди движутся ко мне, страх сковал я неподвижен, в мыслях слышу голоса, приглашают полететь и увидеть чудеса! 
Мозг мой выдал, я хочу, и в тарелке я лечу! 
Дождь идёт метеоритный, звездолёт скользит не слышно, луч тарелки разрывает мироздания темноту, 
в нём я вижу сотни глаз, разной формы и цветов, их зрачки, как светлячки! 
Золотой накрыл нас свет, вышли всё на твердь его, мне спокойно и тепло! 
Вижу белые одежды и знакомые черты, деда вижу своего, я хочу его обнять, но невидимой стеной от меня он ограждён! 
Через сад деревьев чудных и невиданных цветов, за дедом я иду один, фейерверк брызг из фонтана изумруды раскидал и увидел я дворец! 
Лестница из бриллиантов, стен цветное полотно, а внутри золотой свет ярким пламенем горит! 
Дед колени преклонил, это сделал я за ним! 
Дед сказал, запомни внук, этот свет твой лучший друг, 
в нём Любовь Творца живёт, ей проникнись ! 
До земли любовь эту донеси! 
Любовь Творца живёт в Душе, 
она летает по земле, любовь сумеет всех сплотить, чтобы людям в мире жить! 

В совершенно неизвестной вселенной, 
В совершенно неизвестном в городе, 
В совершенно неизвестном доме 
Жил мальчик по имени Вова. 

Конечно не Вова, шучу .
Просто назвать его хочу.

Идёт он в неизвестную школу. 
Гуляет в неизвестном двору .
И также как все он встречает 
Неизвестную весну. 

Дружит с неизвестным мальчишкой. 
Ухаживает за неизвестной мышкой. 

Делает непонятные уроки, 
Устал он от школьной мороки,
И нравится ему сороки...

В этом стихе мало рифмы-
Неизвестный очень он. 
Неизвестный-
Что ж поделать? 
А известность вся потом.

Я пыль глотал с могил забытых здесь,
В ночи дремал, мороз вбирая весь.
Тем, кого не слышу, писал эти слова,
И только скупо обнимала листва.

Я над мертвецами маг-колдун,
Знаю заклинаний сотни струн!
Но предаёт меня наука-мать,
Что всю жизнь учила колдовать —


«Ты — для кости́ футляр, не более,
И своей ты не владеешь волею.
Раз ты покойников будить собрался,
То не найдешь ты половину пазла.»

И что взаправду в этом деле глупо?
Глупо так, что в кровь кусаю губы...
Свой я проигрыш с позором помню,
Как последний трус на поле боя.


Средь мёртвых фонарей отчаяния,
Я красоту узрел того величия:
Глаз мрачнее мха, степи́ и горести
И волосы рыжее моей осени..!

И будь я проклят трижды смертно, но
Лишь при Вашем только лике, потешно
Путаю все учебные трактаты...
И налегке почти лечу куда-то.


Расскажите Вы про свет хрустальный,
Как попал в мой разум погребальный?
Так робею глупо, себе не свой,
Как предо алтарём послушник ей.


Бывает, на холме покоюсь по утру,
И Вас, любимую зарю, всё жду.
Но я лишь с пустым мешком безумец
И поймать пытаюсь луч-трезубец.


От меня смешно и страшно дико
Ведь Ваше имя повторял до крика.
Плоть ближнего сжирая без стыда́,
Я никого не любил так никогда,
Но без неё не та мне всё среда…

И...

Простите. Разве не абсурд всё это?
Вероятно, я лишь заложник бреда.
Зачем гнили и кладбища раб,
На любовь имеет столько прав?


Мне ли, ночных фолиантов слуге
О тепле сказать пером в руке?
Но бессмысленно всякое творчество
Коль с языка нельзя высказать всё.

Зачем ты дал мне взгляд в рассвет,

И шёпот ветра, первый след?

Зачем в груди огонь живой,

Когда в душе — туман густой?

Зачем мечты, зачем полёт,

Когда дорога вдаль ведёт

Сквозь страх в глазах, сквозь тяжкий вздох?

Ответь, Всевышний, мне, живой…

Не плачь и не волнуйся, не буду я теперь противным и таким большим, берегись! я опасен! 

скольких жертв я погубил и не сосчитаешь их потому что их и нет. Я наврал тебе! 

не буду я тебя жалеть, сколько бы тв не просил

все равно ты будешь ныть, беги скорей! 

беги, беги ты от меня, Я МОНСТР! 

На тропе, где тень легла,

Где сосна смолой текла,

Вышел он, в руках топор,

С лесом вёл свой разговор.

Тяжела его ладонь,

В сердце яростный огонь.

Он хозяин здешних мест,

Не потерпит праздных месс.

А с полей, где рожь стеной,

Шёл другой, с седой косой.

Солнцем выжжен его взгляд,

Он не ждёт себе наград.

Взмах косы — и травы спят,

Колоски к земле летят.

Он хранитель хлебных нив,

Терпелив и молчалив.

Не звенит здесь сталь о сталь,

Не летит стрела куда-то вдаль.

Здесь идёт извечный спор,

Против косы — лесной топор.

Два пути, одна земля,

Чьи взойдут здесь семена?

Повстречались на меже,

Взгляды их сошлись уже.

Лес и поле, свет и тень,

Начинают новый день.

Кто из них сегодня прав?

Среди вековых дубрав,

Среди золотистых ржей,

Кто окажется сильней?

Тем кому живется плохо, не знают счастья никогда, они рыдают каждый день искав подвоха в летний день. 

Их мозг сплошная тень и людей им слушать просто лень, их род это просто пень. 

Они несчастные люди, они сплошная муть и им перекрыли путь, и жизнь их просто жуть. 

Несчастные люди с несчастной судьбой, они всегда идут в бой, и когда они умрут то смерть их просто сбой.Их не будут вспоминать, они забыты навечно, их не любят никогда, они изгои мира. Но кто-то тихо подаст им руку — и станет путь легче,

и та, что звалась жуть, однажды сможет обернуться в суть.

Пусть крик их был ошибкой, но страх станет некой пробой,

и мир шёпотом ответит — и рухнет старый сбой.

Рассвет над кладбищем мечей,
Где сотни рубленных голов
Лежат отдельно от плечей
Когда-то бравых молодцов.

На падаль в доблестных гербах
Стремятся мерзостные твари,
Чтоб измараться в потрохах,
Ища печёнку среди стали.

Во мраке пира промелькнул
Прыжок холодного клинка:
Как будто умерший взмахнул,
Гоня нечистых от себя.

А это сеченовский ёж!
Он возле поля обитает
И после сечи прибегает;
Ему подобных не найдешь -

Грызёт рапиры и ножи,
Глотает жала стрел и копий!
Они — защита со спины,
Растут железные иголки.

«Заточит» саблю — заблестит
На солнце новою иглой -
К другому трупу побежит
Питаться острою едой.