Верлибр

Когда за окнами стояли сумерки,
Когда весь дом укутался в тиши,
Она лежала, укрывшись, в постели,
Словно сладко спит.

А мать в то время занята делами,
Она её не бросила, она устала.
Подошла спросить: «С тобой всё в порядке, дочь?
Ты спишь?»

Скрытая под одеялом с головой,
Она не слышала слов, произносимых матерью родной.
И не было дыханья, ни вздохов,
Ни морганья –
Всё как в тумане; встревоженная мама
Сбросила вдруг одеяло,
И тут её глаза наполнились слезами,
Огромными, полными страха шипами...

Пред ней предстало нечто,
Ужасное, зловещее:
С пустыми глазами – они будто выкатились сами,
С отрубленными руками и ногами
И наконец, с зияющей дырой в животе.

И даже без глаз она сияла,
Она сверкала, излучая, правда,
Вместо света стойкий аромат,
Что зовётся смрад.

Уже поползли крысы, хитрые твари,
Не прочь отведать падаль,
Но ведь как же прекрасна, очаровательна
Была вся эта пахучая гниль...

И так не скажешь, что была живая,
Она будто кукла, искусно устрашая,
Весь образ жертвы захватила –
Ей так идёт это невинное имя!

И кажется,
Она была сотворена безумцем,
Что уже подавно в гробу
За своё откровение –
Видимо, он переступил смертную черту!

А мать в то время, плача, застыла у кровати
И закричала что есть сил,
Хотя её никто и не просил...

Мы ждём тебя давно,
Но ты молчишь, не отвечая.
Я знаю точно,
Ты где-то там, за тысяч вёрст,
Нас вспоминая.

Ты молишься о том,
Чтоб сохранил товарищей на поле боя,
Чтоб был мир над головой,
Чтоб не было таких страданий
За правду, что у каждого своя,
Что делает чужими нас, тая.

Ты где-то там сидишь в землянке,
Ожидая следующий приказ.
В атаку ты идёшь с отвагой
И с надеждою на то,
Что это всё закончится однажды,
И будет мир над головой.

Я помню этот вечер,
Что ты тогда сказал:
«Мы прорвёмся! Мы сильнее!
Мы победим их всех!
Вернёмся мы живыми,
Объявим гордо мы на всю страну:
«Мы победили!»»

Мы ждём тебя
И Бога просим,
Чтоб сохранил Он жизнь твою.
И пусть огонь не стихнет в сердцах,
И пусть звезда ведёт тебя к нам вновь.
Мы верим, что вернёшься ты домой,
Ты наш любимый, ты герой!

На краю пропасти,
Где нет ни света,
Ни милосердия,
Где тьма возвышается над небом,
Где нет ни правды, ни ответов.
Царство, что прогнило насквозь и замерло.

И только лишь ангел
Сидел на земле,
Хрупкую ручку тянул в неизвестность.
Глаза сверкали надеждой
Под толстой повязкой,
Что скрывала от очей его.

Вокруг него,
По углам,
Словно крысы,
Жаждавшие мести,
Поджидали его.
Но он не сдавался,
Сквозь страх и отчаянье —
Хрупкое сердце тянул он во мглу
С одной лишь надеждой на завершенье.

Тебе было пофиг,
А мне— наплевать.
Мы, глядя в глаза,
Призерали друг друга.

В один день, смотря на тебя,
Я осознала:
Ты вовсе не злобный, не вредный,
Не так уж и плох твой вкус,
И точка зрения тоже прекрасна.
А глаза твои чудесны,
И наполнены светом.

Но что происходит со мной?
Сотни тысяч вопросов
Я строчу в интернете:
«Что за чувство? Что это значит?»

И вдруг в интернете та самая строчка —
Которую боялась в последние дни:
«Вы безумно влюблены, моя голубушка,
От ненавести до любви...»

Сотни раз я твердил себе: нет.
Внутри себя я кричал: никогда.
Но снова стою в этом мире фантазий,
Где так приторно, сладко, как будто награда,
Где главный герой — это ты,
И счастье встречает у каждого входа.

Но зачем я зашёл?
Ведь этот мир под запретом.
Мой разум утонет в тягучем болоте,
Погибну — и кто-то пройдёт мимоходом…
Но я всё равно захожу.

Я буду тонуть — и не надо спасать.
Я сам выбираю — здесь тихо исчезнуть.
Мир этот выдумка и пусть не родной 
Но здесь, я хотя бы живой.

В далёком, уединённом королевстве,
Из прочного горного камня
Возвышался неприступный замок —
Умелыми руками он был сотворён.

Король там правил днём и ночью,
Соблюдал расписание дневного и ночного сна,
Следил неусыпно за соблюдением диеты
И тело в тонусе держал.

Его величество не только королевством заправлял —
Свободное время обучению дочери посвящал.
Скоротечно летело время:
Дочь выросла, он постарел.

В один из мирных дней
Давний друг короля пожаловал из соседних земель.
Приглянулась ему дочь друга.
Посовещавшись тайно,
Отец девушки принял решение.

Девица глупой не была —
Решилась на побег.
Ведь замок ей порядком надоел:
Устала дева чахнуть в клетке,
Мир захотела посмотреть.

Собрав наспех важные вещи,
Хозяйка своей жизни
Успела улететь,
Оставив в комнате записку
О том, чтоб не искали её впредь.

И если однажды мы небо

покорить захотим —

договориться придётся с Атлантом.

Нет ни одной лестницы в мире,

способной поднять

к облакам.

Но если это возможно,

то сможем мы? Не задохнуться

и не упасть.

Я боюсь, что под тяжестью 

наши руки станут просто костями...

Поэтому,

не сейчас.

Никто не готов дать это обещание.

Почему твой образ завис в моих мыслях?
Я тебя совсем не знаю.
Ты протянул мне руку.
На миг застыла,
Не зная, как поступить.
Но ты приятно улыбался,
Разрешив мой внутренний конфликт.
И сердце само оттаяло,
Сохранив в памяти тот миг.

Вот трамвай –
Движется, как будто невзначай,
Навстречу непрерывному ветру,
Что проходит сквозь мои вены.

А я, врезаясь в заросли,
Переступаю на вершину,
Где взор встречают одинокие могилы.
Одна из них – моей возлюбленной, Альбины.

Однажды она оставила меня
В объятьях дождливого дня.
Оставила наедине со своим горем,
Я был готов повеситься от боли.
Невинная и непорочная,
Начинается на букву «А»...
Альбина… Нежная моя.
Она всё же покинула меня.

Её тело было зверски разорвано на части,
Это поистине несчастье...
Тот зверь, что это сделал,
Скрывается внутри меня.
Я буду честен, но это не я!
Не я осквернил грязными руками
Её прекрасное лицо –
Это безумно свершил он.

В моём сознании таится где-то,
Что он пришёл из гнева, из мести
Всей её безусловной красоте.
Он ей завидовал – и это его грех.
Он жутко слышен мной во сне
И порой виден облик вовне.
Он раздаётся в голосах, тенях,
В лесах он бродит позади меня...
И даже сейчас готов наброситься изнутри.
Терзаний стук отчётливо слышу внутри.

И это сердце –
О, такое хрупкое, но крепкое тельце,
Бьющееся, кровоточащее,
Я чувствую, как сжимает грудь.

Я буду вечно жить в стране кошмаров –
Таков мой обречённый путь.
Я упаду в бездну из туманов
Порочных, жестоких и сломанных,
Но не будет сломлено моё тело,
Ведь кости давно захрустели.

Чуть тронешь – посыплется прах.
Он невидим, как ультрафиолет в лучах,
Но ощутим. Словно визг
Повис над пропастью страданья.
И я уже изрезан
Острыми ножами осознанья,
Что моя душа полна отчаянья.

Весь этот антураж давно выцвел,

и, думаю, к счастью,

что мы не Тристан и Изольда.

Да и глупо это:

кто-то ещё читает эту легенду?

Я хочу быть злой.

Ревнивой.

Ни на кого не похожей.

Главной.

В этом моя стихия.

Я смываю грим, оставленный твоей рукой,

мне тесно в рамках чужого сюжета.

Я не твоя фантазия.

А ты — не мания.

Ты — сразу депрессия, контузия, галлюцинация.

Я тебя выдумала,

и мне тяжело развидеть.

Я даже в зеркале так не отражаюсь,

подходя,

амальгама травит меня,

и медленно забирает лицо.

Мы запутались? ложные слова,

репетиция жестов.

Ну зачем, зачем ты читаешь романтиков?

Здесь нет ни пощады, ни

милосердия.

Ты просишь милостыню, я — любовь. 

Порой чудится, что я плыву,
Как только слышу эту музыку.
Я очарована её звучаньем,
Хотя и может пробуждать отчаянье.

Она воздушна, притягательна,
Совершенна и точно волшебна!
Моя муза вдохновенья...

Она вновь пришла,
Захватила меня.
Введи меня в гипноз –
Я не упаду.
Я буду безмятежно плыть по небу...

Там нет границ, оно безмерно,
И раствориться в этих нотах умиротворенья
Моя душа так жаждет –
И это всё, что нужно ей для счастья.

Я в реку бы скинул и

Гнои, и черви, и полкило вас,

Чтоб точно ушло, чтоб точно

На ямку, на кочку бездонную,

Под скатерть беззубую,

Смрадную, вечную

Жизнь увидя,

Почуяли люди всю вечность

Обманную, вечность затлевшую.

Я в реку бы скинул то

Ложе, те ведра и ту незабвенную

Скользкую быль, поющую

Правду, разящую Бога,

Разгневали вместе всевышнего

Кота,

Зачем, для чего все поют

Про крайние наши последние дни?

Я в реку бы скинулся,

Точно, при точно,

Когда бы увидел над небом

Палящее солнце,

Когда бы узрел над морем

Бежащую вдаль,

Совсем зачастую ушедшую

Волну.

В реке, увидя златой кулачок,

Заплакал бы вместе с родными

Кустами, 

Ведь тонем мы порознь,

А так бы хотелось, чтоб были

Бы тут прямо рядом со мною

Такие кусты, в

Которых бы можно было согреться,

Узреться

И дьявола съесть

В реке

Под водой,

В норе под ноздрёй.

Я в реку бы скинул, и,

Может, подумал,

Что день не конец, а

Ночь не начало,

Дрянное, смешное и просто

Начало.

04.05.26

Сегодня нет вдохновения.
И завтра тоже.
Ну и что? Теперь бить по роже?
Стихи рождаются от жажды
Слова, творчества души...
Но что же делать, когда не складывается?
Хоть придуши!
Закон таков:
Истинный поэт – это тот,
Кому не нужно этих слов.
Звучит нелепо, может быть,
Но так и есть. Слова –
Они ведь словно средства
Для выражения души,
Её больного крика или радости, любви.

Порой нам становится безразличным всё,
И в теле словно вместо органов — камень.
Каждый новый день совсем безрадостен для нас.
Неужели нет спасенья от этого сейчас?

Ты на божественных весах. Стрелка замерла —
Им нет никакого дела.
Малое усилие ломает тебя сейчас,
Хватаешься за дело, лишь бы в нём потонуть.
Терзаешь совесть, ищешь хоть какой-то путь,
Не можешь вдохнуть.
В безнадёге полнейшей
Тебя окутывает апатия,
Просеиваешь день.
И ты теряешь частичку радости в себе,
Ведь сам рождаешь лень.

Замечали вы, что лучи света
Могут обнимать
Теплом своим.
Ветер сушит наши слёзы,
А дождь скрывает печали дней.
Облака рассказывают историю,
Небо играет роль полотна.
Каждый день меняет сюжет,
Создавая историю и меняя века.