Городская

Вглядевшись в свою пятку,

Прохлада...

Когда снова те разговоры?
о любви, об обыденном, вечном?
мы взлетали над небом
когда по душам говорили, мечтали
и были вместе

У тебя своя жизнь
со мной не о чем говорить
Ты устала

Но разве не мы друг друга уверяли
Что никогда, слышишь «никогда»
Дружить не перестанем

| Мы подписали контракт навеки,
клялись друг другу в любви и в счастье
проходя мимо ты опускаешь веки 
нет печали, есть боль — значит

Ты до сих пор веришь?
ждёшь? 
нет, спрошу иначе

Ты всем и себе лжешь
что могло бы быть
Удачи

Я вижу моль, я вижу птицу,

Среди унылых мрачных каменных джунглей
Есть одно яркое место
На старой ветхой электрощетовой
Нарисована ярко оранжевая графити
Она как яркая звезда на ночном небосклоне
Она как маяк в бушуешем море
Кто-то скажет что это вандализм
Кто-то просто молча пройдёт
Но эта простая графити как шлюпка у тонуюшего корабля
Пока весь мир тонет в унылии серых мрачных джунглях
Неизвестный нам художник хочет нас спасти от утопания в мраке и унылия в серых мрачых каменных джунглях

Пускай орет поводник бездны,

В пустоте 

Как-то ночью в темень ранью,

В переулке, что вышвырнут за борт,

Окно специально для меня,

Похороненый под сажей цветок,

Тихо спускается ночь, будто полотно, и в её тени рождается образ — девушка, пришедшая из снов, как будто сама утренняя заря, запечатлённая в капле росы. Она не слышит шумов города, ее шаги — шелест листьев в пустынном парке, её глаза — две безмятежные озёра, в которых отражаются звёзды, которые ещё не проснулись. Я ищу её в переулках памяти, в уголках, где время растягивается, как пластина, и каждый её миг — это мгновение, которое я держу в ладонях, как крошку света, но она ускользает, растворяясь в ароматах ночи. Её смех — шёпот ветра среди полей, когда луна играет в её волосах, и я слышу его в тихой тишине, когда всё спит, как будто мир держит дыхание, слушая её голос. Она живёт в тех снах, где нет границ, где горы могут плавать, а реки поют, где я могу коснуться её пальцев без страха, и почувствовать, как сердце её бьётся в такт моему. Но когда утро крадётся к окнам, и реальность пробирает окна, как свет, она исчезает, оставляя после себя лишь аромат, который медленно расплывается в воздухе, и я остаюсь с пустой чашей, полной вопросов. Я пишу её имя на стене сна, чтоб она могла увидеть, где я её ищу, но её следы стираются дождём, и я понимаю, что она — лишь образ, созданный моим желанием не быть одиноким. И всё же, в каждом ночном шёпоте, в каждой тени, я слышу её дыхание, её лёгкое шуршание, и понимаю: девушка из снов — не просто мечта, а часть меня, что живёт в безмятежном покоя, в тех местах, где реальность ещё не дошла. Пусть она не будет прикосновением, пусть её не коснётся мой мир, но я буду хранить её в своей душе, как звезду, спрятанную в кармане ночи, и ждать, когда снова откроется дверь между снами.

Город занят собой.
В сизой дымке потоки ревущие,
Пешеходы спешат и теряются в шуме слова...
Ветви старых деревьев, как будто ресницы, опущены
И уже запылилась, едва показавшись, трава...
Год за годом летит, перемены верша незаметные,
Создавая пейзажи из редких удач и потерь,
И хотелось бы нам, чтобы краски там были лишь светлые,
Только где же такие картины увидишь теперь…
Мы на небо глядим, позабыв о заботах, внимательно,
А над городом царствует вечер, листву шевеля,
И уверены мы, где-то есть, где-то есть обязательно
В бесконечном пространстве другая планета Земля,
Там среди океанов плывут континенты цветущие,
Над хрустальной Невой Петербург утопает в садах,
И неведомо как, только люди, в том мире живущие,
Позабыли давно о болезнях, войне и слезах...
Я приеду туда, у судьбы испрося позволения,
Обменяв все проблемы на синий волшебный билет,
И от солнечной радуги взяв наугад направление
Отыщу я худого парнишку пятнадцати лет
Я узнаю его по глазам и учебнику физики,
По улыбке и тысяче прочих знакомых примет,
Поболтаем немножко о книжках, девчонках и лирике...,
От него я себе передам долгожданный привет.

На столе кружка,